Тёмный

Артём усилием воли заставил себя криво улыбнуться и вести так, как вел бы условно нормальный человек. Подавил порыв устранить свидетеля ещё одной своей лажи. Мысленно он рычал от злой досады. Дважды облажаться за каких-то полчаса — это надо суметь. Навязанный ему напарник, само собой, обо всем доложит. Если, конечно, доживет до возвращения в штаб. А такой роскоши Артём мог ему и не позволить, но сейчас нужно было убедить его, что ничего ему не угрожает, а Тёмный просто немного сорвался — по-человечески, а не потому что крыша едет.

Надо только заставить Кая в это поверить, даже если для этого придется немного приоткрыть душу.

— Порядок… — Артём растянул губы в невеселой улыбке, недолго помолчал. — Племянник у меня был. Их возраста. Вот вроде думаешь, что ко всему уже привык, ко всему готов… Все уже сто раз видел.

Он усмехнулся и покачал головой.

— А нихера подобного. С памятью не договориться.

Сказал, и его снова окатило такой тоской и болью, что Тёмный их физически почувствовал — словно душу на части рвали.

Как будто от нее хоть что-то осталось. Он даже интуитивно взгляд ненадолго отвел, чтобы перед Каем ещё больше не откровенничать. А про себя чертыхнулся — все в этой поездке с самого начала не задалось. Но сегодня Артём как никогда понимал, что причина проблем только в нем.

— Ладно, проехали, — с напускным равнодушием произнёс он.

Вернул взгляд на напарника, и на его лице мелькнуло удивление. Отвернулся на считанные секунды, а Соник за это время побледнел как мел и прижал к груди сжатый кулак, как при сильной боли.

— Ты чего?

— Я… — голос у Соника дрогнул. — Не, ничего… Все нормально. Надо меньше энергетиков пить…

— Отличное у нас нормально, — с кривой улыбкой заключил Артём. — Все просто в охеренном порядке.

Кай натянуто улыбнулся в ответ и торопливо продолжил.

— Давай помогу тебе с ними, — он кивнул на мёртвых мальчишек. — Открой машину, в рюкзаке нож возьму.

Артём внимательно на него посмотрел. Нутром чуял, что Кай ему врал. Наверняка в первый раз вживую увидел, что мёртвая нечисть может быть не страшной тварью, а ребенком.

А показать слабину стремно.

Тёмный бросил ему ключи от “паджеро”.

— Принеси канистру с бензином из багажника. С остальным сам справлюсь.

Он вернулся к телам. Отнес обоих мальчишек в дом, уложил на старые кровати. Перед глазами снова хлестал дождь, пока вытаскивал пули. Сознание словно назло пыталось сбежать в те времена, когда не было никакого Тёмного. Только Артём.