Цветочная лавка в Забытом переулке

Рюкзак висел на одном плече, тёмные волосы были растрепаны.

Решив, что лучше ей выйти из дома одновременно с ним, Виолетта покинула свою квартиру. 

— Если не напишешь этот экзамен, домой можешь не возвращаться! — разнёсся по лифтовой площадке строгий мужской голос.

Это был отец Остапа. И Виолетта была уверена в том, что если бы Остап сейчас не смотрел на неё таким странным взглядом — отчасти удивленным, отчасти изучающим — он бы обязательно ответил отцу какой-нибудь колкостью.

У них была такая манера общаться.

Чисто мужская.

— Ты меня услышал?!

— Да! — глухо ответил Остап, нажав на кнопку вызова ещё раз.

Виолетта закрыла за собой дверь и бросила ключ в сумку. Прижав её к груди, словно броню, способную защитить её от любой опасности, она в несколько шагов достигла лифта и встала позади Остапа.

Если давать характеристику на каждого её одноклассника и составлять рейтинг тех, с кем она в принципе смогла бы ужиться, не будь «особенно-проклятой», то Остап определенно занимал бы в списке потенциальных друзей одну из первых строчек.

Несмотря на внешность и повадки настоящего школьного задиры, Остап тех, кто слабее, никогда не обижал. Он мог отвесить младшеклассникам лёгких подзатыльников или пинков, но только в тех случаях, когда они становились неуправляемыми и мешали его любимому в школе времяпровождению: сну. 

Почему он постоянно спал на уроках, Виолетта не знала. Одни говорили, что он ночи напролёт зависает в компьютерных играх. Другие верили в то, что он был главарём местной банды, промышлявшей порчей городского имущества.

 

Виолетта больше склонялась к первому варианту, потому что точно знала: отец Остапа был человеком строгим, любящим всё контролировать, и он не позволил бы сыну шляться по улицам после действующего в городе комендантского часа.

Поэтому Остап, с вероятностью в девяносто девять и девять процентов, был полуночным геймером. 

Когда лифт, скрипнув тросами, остановился на их этаже, двери открылись не сразу. Они всегда западали, несколько раз дергаясь в противоположные стороны друг от друга, и только после этого с шумом открывались.

Остап вошёл в кабину первым и сразу же нажал на кнопку первого этажа. Следом за ним вошла Виолетта. 

Двери закрылись, и лифт стал опускаться вниз.

Кабина была маленькой, квадратной. Метр на метр, может, чуть больше. Находиться в столь тесном помещении с человеком, которого ты вроде бы знал, но с которым нельзя было поговорить, несколько нервировало Виолетту.