Цветочная лавка в Забытом переулке

Щека запылала от кратковременной боли.

— Давай, открывай глаза!

Виолетта повиновалась. 

Небо над Забытым переулком заволокло тяжёлыми тучами. Мелкий моросящий дождик падал на её щёки и лоб, пропитывал влагой одежду. Виолетта приоткрыла рот и, вдохнув сырой воздух, глухо закашляла.

— Давай, медленно, Виолетта, медленно.

 Ян помог ей сесть. 

От брусчатки веяло холодом, у Виолетты из-за этого начали ныть в ногах кости. Она до боли сжала челюсти, ей стало казаться, что ещё немного, и она сломает свои зубы.

Рот и язык онемели, в горле будто что-то скреблось, пытаясь вырваться наружу.

— Встать сможешь?

Виолетта покачала головой, но, кажется, Яна её ответ совершенно не интересовал. Он потянул её вверх, крепко держа Виолетту за плечи одной рукой, другой за талию, помогая ей устоять на ногах. Виолетта безразлично посмотрела на Забытый переулок — из-за усталости, а не из-за того, что ей было всё равно — и ужаснулась тому, что увидела. Она подумала что так, скорее всего, и выглядели улицы после военных бомбёжек: развороченные дороги, вырванные из земли плитки брусчатки, перевёрнутые горшки с цветами.

«Они завяли», — подумала Виолетта, смотря на пожелтевшие листы какого-то растения.

— Чёрт! — услышала она голос Астры.

А затем в стену, где ещё недавно рос плющ, полетел осколок брусчатки.

— Как это возможно?! — гневалась хозяйка Цветочной лавки, обращаясь к Габи. — Ответь мне, раз ты такой всезнающий!

Габи безучастно сидел на бетонных ступеньках и пытался добыть из зажигалки огонь.

Он чиркал железным колёсиком, Виолетта слышала характерный для этого действия щёлкающий звук, но небольшое пламя в руках Габи так и не появилось. Он досадливо цокнул языком, вытащил изо рта сигарету и, сломав её, бросил себе под ноги.

— Я не знаю, — сказал он тихо, но яростно, и посмотрел в сторону Виолетты и Яна. — Уходите отсюда.

— Это мои гости!.. — попыталась возмутиться Астра, но Габи смерил её холодным взглядом. — Им нельзя уходить отсюда…

— Здесь не безопасно, — произнёс Габи, поднимаясь на ноги.

— Нигде не безопасно, но здесь особенно.

Виолетта открыла было рот, чтобы рассказать им о том, что с ней произошло, но Габи, словно прочитав её мысли, покачал головой и сказал:

— Не сейчас.

«Но ведь это может быть важно», — подумала Виолетта. 

— Лавка слаба, — продолжил Габи, посмотрев на еле мерцающий в кованом фонаре огонёк. — Астра, я думал, что хоть это ты должна понимать без моих подсказок.

Астра прикусила губу и кивнула.

Она всё понимала.