Два часа до конца света. Том I

Однако, когда легион паразитов уже был готов принять на себя ударную мощь сознания, рядом возникла сущность, чьи тлееды были настолько древними и излучали ауру такой силы, что душа Полдень свернулась в точку, покрываясь ледяной коркой.

Обернувшись, Сестра столкнулась взглядом с чёрными глазами, зрачки которых целиком и полностью состояли из колоний тлеедов. Напротив неё стояла женщина, одетая в белое платье. Чёрные волосы обрамляли худое лицо с острым подбородком. Впервые за долгие годы, Полдень ощутила, как из под ног уходит почва.

— Кто ты? — Спросила она, усилием воли пытаясь подавить дрожь паразитов, сотрясающие её внутренности.

— Я Гетера, — ответила ведьма, слегка поклонившись. — Шла к месту скопления силы, чтобы встретить там старых друзей. Однако, учуяла твой страх, и решила навестить сородича.

— Гетера?! — Взволнованно повторила Полдень ломающимся голосом. — В честь древнегреческой проститутки?

Густые чёрные брови сдвинулись над глазами.

— О, какое невежество, — возмущённо проговорила женщина, — приравнивать свободу и независимость к проституции.

— Носители сами выбирают себе имена.

— Так ли это? Может быть, в случае с вами, людьми, рождёнными в последние сотни лет, такое утверждение будет верным.

Сделав шаг вперёд, Гетера приблизилась к Сестре на расстояние вытянутой руки. Не в силах отвести взгляда от бездны очей древней ведьмы, Полдень оцепенела.

— Когда я вступила в связь с тлеедами, люди ещё не придумали себе имён. — Тонкие губы вбивали слова в ум сестры Полдень словно гвозди.

— Тысячи лет я скиталась по этому огромному миру безымянная и бездомная. Я обошла его пешком несчётное количество раз. Я видела как племена объединяются в государства, и как распадаются целые цивилизации. Я курила трубки мира с вождями враждующих племён. Я танцевала хороводы, прыгала через костёр и праздновала в окружении языческих тотемов. Я дышала воздухом высочайших гор и бескрайних равнин, тонула в бесконечности ледяных пустынь южного континента!

Сквозь вибрации, сковывающие паразитов сестры Полдень, просочился поступающий к горлу ком боли и гнева.

— Где же ты была, о, Гетера, когда наш народ умерщвляли? Где ты была, когда пытки свели с ума мою сестру, а после, и её первую дочь?

Чёрные слёзы брызнули из под век, пересечённых морщинами. Весь стресс, копившийся последние дни, доводил кровь Полдень до состояния кипения.

Крепкая хватка Гетеры опустилась на худые плечи Сестры.