Два часа до конца света. Том I

— Разве мои дети не предупреждали о том, что вас не пустят? Разве они не пытались остановить вас милостью всяких детей – кротко цепляясь за вашу одежду?

Несколько особо крепких ветвей отделились от общей массы, формируя сильные руки, раскинутые в угрожающем жесте. Вера, подняла вверх ладони, готовая привычными движениями рисовать в воздухе лезвия, разрубавшие ранее плоть Ржавчины. Средние и безымянные пальцы уже сгибались, образуя символы жестовой тауматургии, а запястья вот-вот должны были совершить круговые движения кистями рук, на манер ударов плетьми.

Но руки Константина, обхватившие её талию, заставили Веру остановиться.

— Умоляю, – слезы мальчика пропитывали свитер девушки со спины, – давай просто уйдём. Хватит!

— Прислушайся к нему, – советовало растение, – ты же не хочешь, чтобы мои побеги скрутили твоё тело, и вросли в твою плоть?

Растрескавшиеся губы Веры раздвинулись в оскале, пытаясь придать её образу уверенности:

— До встречи с тобой, я изрубила в клочья десятки тварей, покрытых железом.

Я умирала почти каждый раз, после встречи с ними, но снова и снова возвращалась к жизни. И моя мать вошла сюда не смотря на твоё присутствие, а значит тебе стоит пропустить и нас.

— Ах. Та женщина. Да, она прошла здесь.

Запотевшие пальцы Веры разогнулись.

— Ты впустила её?

— О, да. Она рассказала мне историю своей дочери, которую ищет, и мне показалось, что не впустить её – будет осквернением Морали. Я вняла её нуждам, как Мать, утратившая однажды всех своих детей.

И впустила её.

— Может, теперь, вы впустите и меня?

— Теперь, я ни за что не впущу тебя. В стенах этих строений тебя ждёт верная гибель. Возвращайся и передай человекам, собравшемся у порога, что это место более не принадлежит людям. Я, и многие другие творения иных миров, будем сдерживать кипение кошмаров внутри этих стен, в благодарность о былом союзе. Мы сохраним вам жизнь, но не позволим породить в наших рядах течения алчности.

— Мы не имеем ничего общего с этими людьми, – воскликнула Вера, срывая с себя руки Константина, который тут же закрыл ими своё лицо.

– Мне нет дела до выгоды, а моё тело с рождения охвачено тварями из иного мира. Впусти нас, прошу!

— Нет. Я не могу взять на себя ответственность за гибель ребёнка Земли.

— Твою дивизию! – Выплюнула Вера. – А как же моя мать?! Мне что, нужно драться с тобой, чтобы заслужить право на проход?

В голосе чудовища послышалась насмешка:

— Попытайся, ребёнок.