Блюз одинокой горгоны

В руке его блестели ключи: похоже, сыщик умудрился выдернуть брелок из нагрудного кармана преследователя.

 Распахнув дверь раритетной колымаги, Максим первым делом залез в бардачок. Возится с содержимым не было ни времени, ни желания, поэтому детектив попросту сгреб в охапку все, что лежало внутри, и выбрался из салона.

 – Заводи! – на бегу крикнул Самсонов, спеша к «жигуленку» помощника.

 Гена без лишних вопросов прыгнул за руль и дрожащей рукой вставил ключ в замок. К счастью, мотор завелся с первого раза.

Баревин облегченно вздохнул и накинул ремень.

 – Помчали отсюда, пока охрана не набежала! – воскликнул детектив, усаживаясь в пассажирское кресло.

 Гена кивнул и, ловко развернувшись, утопил педаль газа в пол. Позади лязгнула задняя дверь бара; видимо, обиженный преследователь открыл ее мощным пинком. Однако это было уже неважно: ключи от «чайки» лежали в кармане Самсонова, а все права-страховки и прочую мишуру из бардачка он обеими руками прижимал к груди.

 – Пристегнитесь, шеф, – посоветовал Баревин.

 Самсонов без лишних вопросов сгрузил хлам «шпиона» на колени и с характерным щелчком вогнал пряжку ремня в паз. В следующую же секунду Гена резко крутанул руль вправо, и машина резко сорвалась с места. Самсонов едва успел накрыть хлам из бардачка ладонями, иначе бумажки разлетелись бы по всему салону.

 Тем временем Баревин демонстрировал настоящие чудеса вождения. Потрепанная «шестерка» скользила меж другими машинами, обгоняя их, как стоячих.

Водители иномарок с выпученными глазами смотрели, как наглый продукт советского автопрома проносится мимо, оставляет их в дураках. Лишь пять кварталов спустя Гена решил сбавить скорость и перевести дух. Причалив к обочине, он заглушил мотор и без сил размяк в кресле. 

 – Ну, Баревин! – восхитился Самсонов. – Умеешь ведь, когда захочешь! 

 – И не говорите, шеф, – шумно выдохнув, пробормотал Гена. – Ну и денек, однако. Сплошные драки и погони.

 – Маме только не говори, – хмыкнул Самсонов.

– А то еще уволиться заставит.

 – Блин, шеф, ну какой маме? – возмутился Гена. – Да с чего вы взяли, что я ей все рассказываю?

 Однако Максим его уже не слушал. Склонившись над хламьем шпиона, детектив увлеченно рылся в этом скопище бумаг, лотерейных билетов и прочей дребедени.

 – Ага! – воскликнул он наконец.

 – Что там, шеф? – полюбопытствовал Гена.

 – Визитка. – Самсонов продемонстрировал ему разноцветную картонку.