Менталы

Я же слилась с водой, дышала водой, стала водой…

Не помню, как оказалась у истока и начала не тонуть, а падать. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы это осознать и вновь расправить крылья. Кажется, буйный поток, обрушивающийся на Оливию, смывал все следы моего присутствия. Я стала водой… и обрушилась на Элиаса.

Он до последнего не чувствовал, что кто-то еще вторгся в Авалон. То ли само измерение защищало Айлин, то ли Элиас был слишком уверен, что сюда ей путь закрыт. Девушка в прямом смысле свалилась с неба, и ледяная волна, преобразованная ею из воды, пробила защиту парня.

– Как это возможно? – скрипя зубами, прошипел Элиас, вставая на ноги и встречаясь с пронзительным взглядом девушки.

– Для ментала у тебя на редкость скудная фантазия, – удовлетворенная произведенным эффектом улыбнулась Айлин.

– А я уже начала волноваться, – сзади подошла Оливия.

– Уже второй раз ты вмешиваешься в мои планы, – Элиас недовольно щелкнул языком, но сохранил самообладание.

– Твоя, – сухо парировала Айлин. – Я спрошу лишь раз: ты отступишь?

– Ты прекрасно знаешь ответ.

Айлин вздохнула. Но смириться с неизбежностью она не успела. Оливия вскрикнула, и художница растерянно обернулась. Виолета. Было ошибкой забывать о ее присутствии. Девушка напала со спины, пока Оливия и Айлин были заняты Элиасом. Кажется, передача ментальных сил, пусть и не доведенная до конца, сказалась на обеих: Лив ослабела, а Виолета наоборот стала сильнее.

– Думаю, Элиаса мне лучше взять на себя. Его молнии мне неопасны, – быстро шепнула Лив.

– Нет, им займусь я.

– Ты уверена? – удивилась Лив, но голос подруги звучал более чем уверенно.

–Я так не думаю, – вмешалась Виолета, и в ту же секунду земля задрожала.

Девушки приготовились к метеоритному дождю, обрушению – да к чему угодно, но вместо этого из-под земли отовсюду начали пробиваться цветы. Краем глаза Айлин заметила, что Элиас тоже перешел в наступление: огибая гигантские растения, его молнии уже устремились в их сторону.

Что разрушает нас сильнее всего? Воспоминания… вернее, не они сами, а те эмоции, что вызывают в нас. Думаю, что способность человеческого разума со временем забывать – это великий дар.