Заплачет с неба дождь

Мне не хотелось идти за Ромой, но и в тоже время было интересно, чего он хочет мне сказать или показать? Мы прошли несколько коротких коридоров и остановились напротив двери. Башаев открыл ключом и пригласил войти.

Прекрасно понимаю, что это ловушка, но упорно в неё иду. Помещение тёмное. За счёт небольшого окна было немного светлее.

– И что это значит? – спросила я.

– У тебя будет два варианта: либо ты остаёшься со мной, либо примешь смерть.

– От тебя?

– Зачем же? Убивать мне тебя не хочется, напротив, желаю, чтобы ты присоединилась к нашей большой семье.

– Вот ещё! – фыркнула я.

– Почему? Почему ты не хочешь быть со мной? – повысил Рома голос.

– Ром, скажу ещё раз: ты не привлекаешь меня, как мужчина. Когда же ты это, наконец, поймёшь?

– Ты даже не хотела попробовать, – с грустью сказал он. – Я всё надеялся, что ты передумаешь и позволишь мне подарить тебе наслаждение. Мне жаль расставаться с тобой, но так надо.

Башаев прижал меня спиной к стене и впился страстным поцелуем.

– Рома, открой дверь! – кричала я, барабаня в дверь.

– Прощай, Лиля, прощай.

Погоди, доберусь я до тебя! Вот только выберусь отсюда. Я собралась при помощи жезла снять дверь с петель, как за спиной услышала рычание. По спине пробежался холодок. Я медленно повернулась. В углу сверкнули янтарные глаза, лязгнула цепь.

– Незачем орать. Всё равно не выпустит.

– Кто ты?

Было страшно, но я молодец, говорила не дрожащим голосом.

– Тот, кто должен разорвать тебя на части, – ответили мне злобно.

– Почему ты здесь? – спросила я, убирая жезл.

Агрессии от него не исходило, да и надеялась, что это даст понять, что не собираюсь сражаться.

Мне было неловко от мысли, что этот янтарноглазый мужчина видел и слышал, как мы с Ромой целовались… На прощание. Ух, прибью!

– Тебе-то, что?

– Интересно.

Грубиян какой-то попался.

– Какой может быть интерес, если тебя сейчас убьют? – хохотнул говорящий.

– Если бы ты хотел, то уже убил, – сообщила я.

– Откуда ты знаешь? Может, я готовлюсь к нападению?

Я создала небольшое пламя и подбросила. Оно зависло и осветило угол, из которого на меня смотрели янтарные глаза. Часть тела мужчины была покрыта шерстью. От рубашки или футболки остались только лоскутки, а джинсы прекратились в шорты. На руках кандалы.

Я стала подходить к оборотню, чтоб рассмотреть, но тот зарычал и настоятельно рекомендовал не приближаться.