Точка Бифуркации III

Я старательно сохранял серьёзное выражение лица и с большим ожиданием смотрел в глаза товарищу. Максим не меньше моего прилагал усилий, чтобы не улыбнуться. Шла самая настоящая дуэль взглядов, где каждый оппонент, сжав челюсть, глубоко дышал носом и пытался контролировать уголки губ, периодически взмывающие вверх.

– Стихи – не твоё. В следующий раз попробуй книгу написать, – слегка приподняв бровь, заявил товарищ.

– Юмористический опус?

– Не-е. С юмором у тебя тоже беда, – хлопнув меня по плечу, хохотнул Максим.

– Обидеть начинающего поэта может каждый, – вяло возразил я в ответ.

***

Из прошлой комнаты нашу четвёрку переселили на пятый этаж. По какой-то причине, всех, кто закончил начальную школу, переселяли на верхние этажи, оставляя первые четыре за малышами.

На новом месте мы давно освоились и даже привыкли к уже другим соседям по этажу. Большая часть из них являлись старшеклассниками, и на нас они внимания обращали мало. Единственное, заставляли соблюдать чистоту в холле и в порядке очереди участвовать вместе с ними в дежурствах, что, в общем-то, было делом обычным.

Учитывая, что теперь никакой куратор за нами по следам не ходил, жить стало намного комфортнее и проще. Да, были периодические проверки общих и жилых комнат на этаже, а также смотр внешнего вида и мониторинг успеваемости, но всё равно, свободы стало однозначно больше.

Большей частью этих проверок, кстати, занимался уже новый куратор, Анастасия Викторовна, которая мне напоминала армейского старшину. Она и впечатление производила военного человека, и функции выполняла соответственно с должностью, которую я ей приписал.

Куратор, как и новый классный руководитель, был поставлен нам уже до самого выпуска. И исходя из полученных путём ныне привычного нам с демоницей шпионажа данных, выяснилось, что Анастасия – не просто воспитатель в нашей школе, но и так же, как когда-то Наталия – человек, приставленный к моему классу князем. Не лично, конечно, но всё же.

Пока я, концентрируясь на висевшей в воздухе за спиной гантели, читал на экране своего ноутбука историю этого мира, мои соседи были заняты кто чем.

Стёпа, как самый трудолюбивый и целеустремлённый из них, медитировал и по моему совету работал с чистой энергией. Ваня боролся с алгеброй, с надеждой поглядывая на Степана и меня в ожидании помощи. А вот Юра и вовсе где-то гулял, забив на уроки. Нет, учиться-то он учился, но делал всё в самый последний момент. И я его за это не осуждал – сам порой в учёбе тоже допускал подобное.