Вне Круга. Чужак

За жизнь-то… Машину уж точно спокойно бы отдал этот больной, и дом, и деньги. А Сергей просто – тридцатка, из которых двенадцать за корову в кассу, три за препараты корове и пять помощнику, а себе одну десятку и все… Я бы так не смог.

– И ты думаешь, что он распоряжается даром лучше тебя.

– Не только это.

Это сложно объяснить. Даже не в справке дело, не в его силах… На его фоне я чувствовал себя чудовищем, думающем об одной собственной выгоде.

– Веня, это лишь вопрос ответственности, понимаешь?

– Нет, – я покачал головой.

– И Сергей пока нет. У него есть силы – и он решил их использовать. Не думая ни о чем. Это ты стараешься сводить баланс, изыскивать на нашу небольшую компанию средства, чтобы мы могли вытаскивать и обычных людей из разных околомагических глупостей, и наших товарищей-магов из дурацких ситуаций. Ты знаешь, что ты не один и что твое безоглядное использование дара подведет многих. Ты знаешь, что есть другие люди и другие нужды. Ты, в конце концов, поймав Сергея с поличным, ведь не деньги собирался содрать с него для себя или нас.

Ты хотел, чтобы он мне помог. Да, воспользовался его ресурсами, но поймай Сергея Круг – его бы в порошок люди Алекса стерли, чтобы другим неповадно было. Или запихали бы куда-нибудь на бессрочное прозябание в санаторий подальше от людей и с мягкими стенами, чтобы не дай бог опять не стал мир исцелять. А пронюхай о правде СМИ или кто-то менее скептически настроенный, чем психиатры городской больницы, – в порошок бы стерли вообще всех. Ты это знаешь. Я это знаю. Мы сколько сил потратили чтобы историю с Валерией замять…

Я скривился. Валерия... Она была магом и решила, что докажет всему миру существование экстрасенсов и всего прочего. На собственном примере. Решила так раскрутиться и разбогатеть. Первый и единственный раз, когда нам пришлось стереть часть памяти у нашего же собрата, другого одаренного.

– Да, Веня, – от Макса мои сожаления по поводу этой истории не укрылись, – нам пришлось пойти на это. Потому что мы понимаем возможные последствия подобных поступков.

Даже тех поступков, что совершаются из большой любви.

Я вздохнул. Стереть память пришлось, потому что Валерией заинтересовались не только газетчики и сторонники теории заговоров, но и ФСБ, и она не прочь была похвастаться тем, что вовсе не одна такая…

– Да, я знаю, что это тяжело. Но такова необходимость. Вся наивность Сергея проистекает из того, что он ни о чем из этого не знает. Ответственность, Веня. Иногда это вдвойне тяжело.