Сын Ведьмы

— Ох уж эти фанатики от науки, — удрученно покачав головой, вздохнул Данте, обведя безразличным взглядом серо-голубых глаз пленников в клетках. Их участь ничуть не трогала младшего сына Спарды.

Удел слабых — служить сильным и быть благодарными тем за подаренную быструю смерть. Бесполезные, никчемные существа… жалкие, ничтожные людишки. Все их хваленное сверхсовременное оружие ничто по сравнению с силой демонов. Данте усиленно отгонял непрошенные мысли о том, что их с братом мать тоже была человеком… Иначе она смогла бы их защитить и убежать от преследовавших демонов.

Мундус всегда выделял Вергилия. Иногда своевольному, вспыльчивому Данте казалось, что тот любит старшего брата куда больше, чем его, гордится, поручает сложные задания, а недавно вовсе доверил Вергилию целый легион.

Хотя… Если бы не Мундус, где бы они оказались в итоге с братом? Без средств к существованию, без защиты, они недолго протянули бы в жестоком людском мире.

Данте зло зарычал, вспомнив рыжеволосую бестию, что очаровала его во время сумасбродной вылазки в людской мир. Юный демон ничего не знал о коварстве и лживой сути людской души. Лишь позже он узнал, что эта тварь оказалась ведьмой, скрывавшей свой истинный облик под чарующей внешностью роковой красотки.

Внимание Данте привлекло странное мерцание в центре конструкции, над которой трясся хозяин лаборатории, не позволяя даже дышать в ту сторону. Посреди заполненного алой кровью блюда мерцало, словно причудливая друза рубина, человеческое сердце с синими прожилками сосудов. Вот снова… подернулось помехами, словно экран неисправного телевизора.

— Эй, тут у тебя сигнал пропадает! — сообщил алый демон, обращаясь торопливо вбежавшему в лабораторию рослому демону-ящеру. — Я ничего не трогал! Даже не дышал на эту штуку! — поднял ладони кверху Данте в ответ на крайне недружелюбный взгляд ученого.

— Этого не может быть!.. — воскликнул тот, внимательно пронаблюдав за перемигиванием драгоценных камней и знаков на золотой поверхности ободов.