Сын Ведьмы

Как-то мне это совсем не нравится.

— Есть хорошая новость и плохая, тебе какую для начала?

— Вроде хорошую ты уже сказал, — подозрительно прищурившись, сказал Данте, предвидя очередной подвох.

— Ты только сядь, а то упадешь, — предупредил на всякий случай Вергилий брата. Тот уселся за стойкой и приподнял брови, мол не томи уже. — Людям выставили ультиматум древние сущности. Помнишь, я столкнулся с одним из них на Гавайях? Так вот, стихийные бедствия прекратились потому что люди заключили с ними контракт.

— Не-еет, — Данте уронил голову на сложенные руки, — это самая худшая новость за всю мою жизнь! Лучше бы уж Мундус вторгся в наш мир!

— Существуют некие артефакты, которые способны загнать их обратно, — Вергилий сделал эффектную паузу, младший сын Спарды посмотрел на брата с надеждой, — только их спер из хранилища мой двойник. Теперь мне необходимо их отыскать.

— Ну себя-то ты знаешь отлично, так что не вижу проблем, — оптимистично проговорил Данте и скис, заметив не самое радостное выражение лица Вергилия.

— Будь это нечто ценное и опасное, могущее преумножить мои силы, я бы оставил это при себе, чтобы воспользоваться при необходимости, — мрачно отозвался Вергилий, на миг устало прикрыв глаза. Данте звучно приложился об стойку бара лбом. — А поскольку мой двойник сейчас вне досягаемости…

— Уничтожить этих тварей можно же и без демонических артефактов? Ты же победил одного из них.

— Победил, но уничтожить полностью не смог. Данте, это изначальные стихии, основа этого мира, — терпеливо пояснил Вергилий.

— Думаю с этим я вам могу помочь, — раздался за их спинами вкрадчивый голос. Братья тут же наставили на незваного гостя свое оружие, над плечами Вергилия появились спектральные мечи.

— Маркузар, — гневно выдохнул Вергилий, чувствуя исходящую от демона, принявшего внешность красивого мужчины средних лет, до боли знакомую мощь.

Вниз слетели Алукард с Дракулой, растеряв свой светский лоск, почуяв неладное и тоже направили в сторону демона оружие, их глаза отливали золотом и багрянцем.

— Какое завидное единодушие, — мягко улыбнулся Маркузар, словно перед ним находились не могущественнейшие в этом мире существа, а неразумные детишки с деревянными мечами. — Я пришел помочь.