Между двумя мирами

Договаривал мужчина по инерции, остановившись шагах в трех: когда понял, что девочки от него пятятся.

– Вы одни? – уже со страхом спросил он и огляделся, словно мог не заметить кого-то еще в этом зале.

– Вы кто? – прошептала Настя, делая еще шажок назад и запихивая Юльку себе за спину.

Мужчина нахмурился. Выпрямился, окинув их задумчивым взглядом.

– Не подходите, иначе пожалеете! – продолжала увещевать Настя.

Юлька, не желая поддаваться панике, захватившей сестренку, выглядывала из-за ее спины и то и дело норовила выскочить вперед.

– Мигель, стой! – неожиданно вскричал второй. – Реки говорит они не наши!

– Что значит не наши? – не сводя с девочек глаз, чуть повернул он голову ко второму.

– Неа, – звонко, мультяшно заявило существо, подбегая ближе и останавливаясь рядом с ногой Мигеля. Схватило его за штанину. Подергало, словно ребенок папу. Только ребенок страшненький и маленький, макушка едва доставала до колена мужчине. – Кусно, но ненша.

Настя сглотнула, делая еще два шага назад, в темный коридор.

– Но как? – мужчина пошатнулся. Заморгал, словно потерянных родственников увидел. – Откуда? Ты уверен?

– Да! – грозно подтвердило существо.

Мигель прижал ладонь ко рту, вцепившись в него, будто голодный в хлеб. И смотрел теперь как-то испуганно, нежно и словно с надеждой даже.

– Прошу меня простить, – дергая рукой то к лицу, то к волосам, то вновь пытаясь ее опустить, заговорил он. – Мы не представились. Я Мигель, это, – он указал на второго человека, – Матишь.

А это – теперь внимания удостоился и волосатик – Реки, он на-хи. Не бойтесь, пожалуйста. Мы хотим поговорить.

Настю и Юлю привели в другой зал. Он был не меньше, только походил на кафе. Когда-то давно Настю водили в такое вместе еще с тремя девочками: они победили в конкурсе, и это был приз. Только это кафе было свободным и очень красивым. Столики стояли далеко друг от друга. Маленькие, всего на двоих. Высокий потолок украшала искусственная зелень, она же вилась и по немногочисленным тонким колоннам.

Пол из странного, сверкающего искрами дерева был расчерчен желтыми линиями. Они вели к незамеченным сразу миниатюрным столикам у стен. Пахло в зале вкусно, какими-то фруктами и свежим воздухом. Сквозь огромные окна, занимавшие одну из длинных стен, была видна широкая, пустынная улица. Лишь иногда по ней проезжали странные, округлые машины без верха.

Сесть у окон девочкам не позволил Мигель. Он оказался хозяином этого, как он назвал, каба.