Мой дворец

Так вот почти без сна и практически неотрывно мы беседовали, пересекая телесно нашу страну с севера на юг, а душевно – свои жизни с детства до настоящего дня. Вышли мы на одной станции, сняли двухкомнатную квартиру у самого синего моря и еще три недели проговорили, не касаясь друг друга, и только в Москве разошлись по местам постоянного проживания, чтобы через месяц соединиться узами законного брака. В настоящее время наше общение поднялось на следующую ступень – мы понимаем друг друга без слов и признаемся в любви одними глазами.

Все время своего путешествия по городу и по ушедшей жизни я по большей части смотрел под ноги. Они сами знали, куда меня нести, лишь изредка подключая верхнее сознание к корректировке курса. В настоящее время остались позади имперский вход в парк с золотыми коронами, дворец царского фаворита, а вокруг обступили деревья, а впереди поблескивала водой река. В кустах, среди мусора, копошились вороны, голуби и крысы, по веткам бегали серенькие белки с рыжими хвостами.

Бабушки и папы возились с детьми, к каруселям и качелям выстроились пестрые очереди.

Из-под моей банданы по вискам и шее текли струи пота, сильно парило, будто горячая влага поднималась от земли и окутывала меня. Ноги сами свернули в лес и понесли в самую глушь.

Там и настигли меня первые капли дождя. Я выхватил из рюкзака японскую палатку, тряхнул её, она сама раскрылась и превратилась в непромокаемое убежище. По дну расстелил шубу, сверху – газету, по газете расставил тушенку, хлеб, термос с чаем – залюбовался натюрмортом и похвалил себя и Нюру за дальновидность.

Очень приятно слегка закусывать и пить чай под шорох дождя, вспоминая школьные походы на уроках природоведения, где нас учили ставить палатку, разжигать костер, укрываться от ливня и спасать утопающего.

Вдруг снаружи сгустилась тень, по упругому боку палатки зашлепала чья-то ладонь, я дернул замок молнии, открылась дверца и впустила внутрь промокшую молодую женщину.

Я протянул ей полотенце и налил горячего чаю. Она вытирала волосы, прихлебывала из чашки и плакала. Пусть, думаю, успокоится, тогда сама расскажет, что с ней приключилось. Начала она, как и следовало ожидать, с упреков:

– Какие же мы, мужики, подлецы!

– Так как я молчал, она продолжила: – Назначил свидание и не пришел! А я вымокла до нитки… А на той неделе я видела его с одной… рыжей в черном платье от Коко Шанель.