Экзамен

А потому его ауру почти не отличить от человеческой. Я лично с таким еще не сталкивался, но вообще в истории такие случаи зафиксированы, - Евгений насыпал себе в чашку с кипятком три ложки цикория и, не переставая помешивать, продолжил: - Это называется "ведьмина шаль". Для пациента... хм, простите, для потерпевшего все вокруг выглядит как сквозь плотную вязанную шаль, и память его так же плотно "укутана". Посмотрите на него через сумрак. В сущности, от амнезии отличается лишь тем, что ее можно снять отваром из трав.

Причем каждый раз отвар индивидуален, как ключ от замка.

- Только ведьма, наложившая заклятье, может его снять? - спросила Елена.

- Ну почему же, если знать точный рецепт, то любая ведь... целительница может. Тут главное знать, чем при заклятии его опоили. Хм, ну да, тогда без наложившей заклятие ведьмы его не снять, - Евгений с сочувствием посмотрел на Елену.

Зазвонил сотовый, Елена ответила. Это приехали оперативники из Новгорода, чтобы помочь переправить Виктора домой. Она с благодарностью посмотрела на Евгения.

- Спасибо вам, Темный. Виктора мы заберем, может, наши целители найдут способ помочь ему. При нем были какие-то вещи?

- Только одежда, да еще вот этот амулет на шее, - он достал из ящика стола столбик из резной кости на грубом шнурке.

- Это не его амулет. Позволите?

Елена взяла столбик и покрутила его в руках, провела пальцами по затейливому орнаменту, осмотрела с торцов. Посмотрела на него через сумрак. Точно такой же, без единого изменения. Значит, вещь точно магическая.

Она закрыла глаза и стала снова сосредоточенно ощупывать амулет. И тут же ойкнула - подушечкой указательного пальца она наткнулась на острый заусенец. На пальце тут же выступила капелька крови. Интуитивно Елена прижала палец сначала к одному торцу, потом к другому. Кровь с шипением впиталась, и столбик с едва слышным щелчком развалился вдоль на две половинки. Внутри лежал свернутый в трубочку листок бумаги.

Елена осторожно развернула свиток, и Евгений, перегнувшись через стол, тоже с интересом посмотрел на него.

С первого взгляда прочесть написанное на бумаге было невозможно, это была странная помесь арабской вязи со стенографией.

- Шрифт Гиппократа! Это вам любой медик-Иной прочитает, - воскликнул Евгений.

Но Елена уже дунула в кулак и провела раскрытой ладонью по листку. Непонятный почерк преобразовался в хорошо читаемый, округлый, словно писала отличница на экзамене, текст: "Одна мера тертого чертополоха, одна лимонника и две ромашки.