Животворящий туризм

Минут через пять за дверью послышалось шарканье, затем лязгнула защелка, дверь приоткрылась. В проеме появился Пак, обрусевший кореец лет тридцати трех или около. Точного его возраста никто не знал.

- Извини, Пак, но это опять мы, - сказал запыхавшийся Андрей.

Пак ничего не ответил, а только молча следил своими косенькими глазами, как Андрей затаскивает бесчувственное тело к нему в прихожую. Когда Андрей полностью втащил Сашу внутрь и в полусидячем положении прислонил к вешалке, Пак захлопнул дверь и скрестил руки на груди.

- Ну? – сказал он.

- Вот, - сказал Андрей, указывая на Сашу.

Пак пожал плечами и ушел на кухню. Андрей посмотрел на Сашу. Тот, оказывается, за это время успел открыть глаза и теперь смотрел на Андрея, блаженно и бессмысленно улыбаясь.

Дрожащей рукой Андрей полез в карман и вытащил оттуда мятую сигарету.

- Ну и где ты был все это время? – спросил он, засовывая сигарету в рот.

Саша продолжал молчать и загадочно улыбаться. Наконец он соизволил открыть рот.

- Убеж… убеждал, - произнес он.

- Вот как? Ну и что? Убедил? – нахмурился Андрей.

Вместо ответа Саша нетвердой рукой полез за пазуху куртки и извлек оттуда ком мятых бумаг. Этим комом он кинул в Андрея. Во время полета ком рассыпался, и листки разлетелись по прихожей. Утомленный этим действием, Саша закрыл глаза и завалился на бок.

- Это еще что такое? – удивленный Андрей, с так и не зажженной папиросой во рту опустился на корточки и подобрал несколько листков.

Затем, прочитав то, что там было написано, быстро собрал с пола остальное.

Понял он далеко не все. Из того, что он понял, - из, видимо, сводной описи, - следовало, что Гаврилин Александр Александрович (прилагается и валяется в настоящее время под вешалкой), с сегодняшнего дня и так далее, становится владельцем самого разнообразного имущества. Например, в числе прочего: двадцати процентов акций нефтяной компании, контрольного пакета четырех фармацевтических фабрик, а также тбачной фабрики в Ростове; восьми банков и одного НПЗ; трех сетей магазинов модной одежды в Москве, пяти самолетов – двух грузовых и трех легковых; двух яхт – на Клязьме и трансокеанской (длина 69 метров); тринадцатикомнатной квартиры на «золотой миле», и двух дворцов в стиле «рококо»; двух автомобилей «Бугатти», одного «Майбаха» и одного «Ягуара»; таможенного склада; 15-ти фирм с ни к чему не обязывающими названиями и занимающихся непонятно чем (видимо, «прачечных»), и, наконец, 730-ти (семисот тридцати) миллионов долларов в различных банках.