Приключение Ивана Ильича

И Иван Ильич и глазом не успел моргнуть, как его подхватила неведомая сила и понесла назад по этой серебряной дорожке как на машине. Он несся в серебристом сверкающем тумане как метеорит, только слегка отклоняясь в право и влево. А потом словно включился тормоз и движение прекратилось. И он увидел, что дорога впереди распадается на паутину из серебряных нитей, что висят в пространстве как галактика над бездной.

-Это твоя жизнь, - пояснил голос где-то рядом. - Твои трассовки. Дороги, по которым ты ходил и истоптал своими ботинками.

Здесь все твои надежды и мечты, взлеты и падения, утраты и достижения. Видишь, как они сверкают?

Иван Ильич вгляделся внимательно и понял, что всю эту паутину линий прорезает всё та же серебристая тропа. И все линии пересекались с ней узлами и исходили из нее.

-Ну, детство мы смотреть не будем. Там ничего интересного. Давай самое главное. Когда ты стал делать выбор. Учился, женился и пробовать жизнь на вкус.

И Ивана Ильича опять потянуло вперед и опять всё замелькало вокруг.

Пока тропа не свернула куда-то влево, и он оказался перед очередными Вратами. Они были похожи на несгораемый шкаф сталинских времен. Большой и кондовый с дверным зеркалом.

-Так. Что тут у нас? – сказал Проводник. – Ага! Ты часто смотрелся в это зеркало, а потом открывал его и одевал ту одежду, которая тебе больше всего нравилась. Пока там не остался всего лишь один костюм. В котором, ты и ходишь до сих пор. Узнаешь?

Ивану Ильичу сразу стало неуютно и тоскливо. Да, дверь навевала старые воспоминания.

Близкие люди и друзья. Обман и измены. И крушение надежд… Он хорошо помнил это состояние души последних лет, полного тихого одиночества и эгоизма. Когда он отстранился от всего и вся. И жил один в своей квартире. Равнодушный и безразличный ко всему окружающему миру.

Тут опять все сдвинулось с места, и нить трассы понеслась перед ним вперед, пока он не остановился перед новыми Вратами.

-Да ты у нас спортсмен! – произнес Проводник то ли ехидно, то ли удивленно.

Это были Ворота Пути, похожие на иероглиф, из трех перекладин, что часто можно увидеть в Японии.

-Ооо… Как это было давно, - подумал Иван Ильич с теплотой придавшись воспоминаниям. - Тогда я был молодой и сильный. Именно там я впервые ощутил славу. Когда стоял среди таких же парней в белых костюмах с цветными поясами и мне повесили медаль на шею на широкой ленте. И все было прекрасно и открывалась красивая дорога впереди, пока мне не сломали ногу на квартальных проходных соревнованиях… И всё.