Пракс. Книга 1. Одаренный

— Это неправильно, Александр!

Ну да, хоть она и обрусела, но «дас орднунг» твердо засел в ней. За это ее семья и ценила.

— Да-да, виноват! — я примирительно поднял руки.

— Завтрак сюда я подать вам не могу. Раз вы ходячий больной, придется спуститься в малую столовую, — строго сказала она.

— Хорошо, сейчас иду! — ответил я, и полез в шкаф за одеждой. Хоть тренировочный костюм одеть, не в пижаме же по особняку ходить? Слуги засмеют.

Убедившись, что миссия по приведению бывшего воспитанника выполнена, Герда Иоганновна довольно кивнула, и гордо покинула мое обиталище.

Да, насчет пожрать она права, желудок уже начало противно сосать. Ну что, пойдем подкрепимся?

Глава 4

Уроки, уроки, опять одни уроки... Словно вернулся в школьное детство. А, пардон, вру. Нет, в вузе учиться по-другому, и мне это нравилось больше, вспоминаю себя в молодости. Никого сверху, учись, как хочешь. Главное, экзамены не забывай сдавать. Ну и прочие коллоквиумы-клоаквиумы, задействуемые преподами для лишнего окошмаривания студентов.

Вспоминая свою студенческую молодость, скажу — одно из самых лучших времен было. И вот теперь, на старости лет второй раз в вуз... Точнее, в третий — два у меня на счету уже было в моем мире. И надо немного подтянуть пропуски — особо-то я не учился, мне все давалось настолько легко, что, если бы я захотел, то закончил бы всю эту бодягу очень быстро. Но нет, а как же веселая студенческая жизнь? Не, не надо никуда спешить. Надо брать от студенческой жизни все, что имелось.

Первым делом я включил болталку и позвонил Ваське Лопухину.

Пришлось ждать пару минут, пока он не отвлечется от важных пацановских дел и не соизволит подойти к ноуту.

Наконец, блюкнуло, и на экране появилось заплывшее от пересыпа лицо Лопухина-младшего.

— Здорово! Дрыхнешь штоль?

— Здорово. Ага. От колес в сон клонит, — он поморщился.

— Что, рука?

— Да. Рану почти залечили — наш целитель постарался, ты же его знаешь. Обезболивающими только накачал плюс к своей волшбе.

— На сколько наказан?

— Ни на сколько.

Вообще нет, — запротестовал он. — Предки посмотрели запись, выяснили что моей вины там нет. Правда, подзатыльник от отца получил.

— За что? — удивился я.

— За что вора бьют? За то, что попадается? А спортсмена?

— За проигрыш? Ну мы же вроде организованно отступили, да там и победить было нельзя, силы неравны.

— За то, что пулю словил, — пояснил Васька. — Маман была в диком шоке, а Машка наоборот, рада.

— Чему тут радоваться? — опешил я.