Картонный трубадур

Немудрено, что благодаря такой кормежке и бешеному режиму дня, я, сам того не желая, начинал все больше походить на покойного Гаррета — щеки, которых и раньше не было, окончательно провалились, под глазами пролегли круги, а ребра можно было пересчитывать при каждом вздохе, в то время как мышц от каждодневных тренировок совершенно не прибавилось. Парадокс — но именно здоровый образ жизни сделал меня похожим на пропащего наркомана. Я откусил кусок вареной брокколи и скривился, подавляя желание выплюнуть эту дрянь.

Интересно, что произойдет раньше — я сдохну от побоев, нанесенных Риген, или умру голодной смертью? Лениво отхлебнув кофе — хоть чего-то приятного на вкус — я взял следующий лист и едва слышно присвистнул. “Бекки Рутс, невеста Гаррета Крайва, 24 года”. Я говорил про Гаррета много неприятных вещей, но плюсы у него тоже были, пусть и всего два — талант музыканта и вкус на женщин. Если эта красотка и вправду моя невеста, то я готов был вытерпеть все, включая побои, брокколи и… да что там, даже пытки! Я мог бы даже не читать, что Бекки работает моделью, по ней это было видно — точеная фигура, длинные ноги, мягкие тонкие черты лица и длинные светлые волосы, придающие обладательнице вид настоящего ангела. Словно в насмешку надо мной судьба в тот же миг подослала ко мне Риген, больше похожую на Цербера и полностью противоположную Бекки.—Сегодня начинаем раньше, —Выдала она, подойдя к моему столу, —Нора сказала, что тебя пора учить стрелять. О, кажется, меня ждет очередной провал!—Окей, —Отозвался я, —Во сколько? Риген уставилась на меня как на идиота:—Сейчас.—Но я еще не доел, —Я одним движением сгреб в кучу разложенные листы и сунул их папку, помяв большую часть.—Это не мои проблемы, —Пожала плечами девушка, —Мне некогда с тобой нянчиться. Она показательно отвернулась и пошла прочь, но я вскочил из-за стола, схватил папку и погнался за ней. Мой недоеденный завтрак так и остался на столе, и я вовсе не жалел бы о нем, если не бы противное чувство пустоты в моем несчастном желудке. Правда, сейчас я думал совсем о другом. У самого выхода из столовой я догнал Риген и попытался схватить ее за локоть, чтобы привлечь к себе внимание, но этот же локоть тотчас врезался мне под дых. Я скрючился от боли, в то время как Риген со злостью обернулась:—Еще раз дотронешься, сломаю руку. Пытаясь откашляться, я заметил, что все немногочисленные взгляды устремлены на нас.