Оккультист

Но зачем мне стараться сверх необходимого и рисковать подставиться перед Фондом? Ради людей, о которых я ничего не знаю?

– Справедливо. И о чём вы хотите побеседовать, Сергей? 

– Мой клан за прошедший год собрал два артефакта. Три, если считать бесполезную сухую конечность. Где они сейчас? 

– Здесь, – он похлопал по коробке под сиденьем стула. 

Так я и думал, он не выпустит волшебные предметы из виду. В его распоряжении свеча и демонические леденцы. Собственно, вопросов у меня больше не осталось, но я решил задать ещё один, чисто для успокоения.

 

– Объясните, новичку: вот вы клан. Сильный, богатый. Уважаемый и внушающий страх. На чем держится ваша сила? Каким образом вы получаете сверхдоходы?

Похоже парень всерьёз воспринял мою болтовню про доверие и традиции дружеской беседы. Ослабив ворот рубашки, он пустился в длинные размышления о силе и славе, военных успехах и близости к правящей верхушке. Превосходстве аристократов над плебеями. Понятно, что в семье выбивают эту чушь с рождения, но взрослый человек должен понимать: сила клана не может держаться ни на чём ином, кроме презираемого им плебса.

Достаточно крупных захватнических войн не было давно. Деньги в таком количестве, чтобы хватало на излишества аристократии, отбирают у простого народа. В любой стране и в любые времена. Стоит взглянуть на кланы Кавказа, чтобы осознать: нет никакого права рождения и элитарности. Лишь сила и произвол власти.

Однако азиат настолько верил в своё превосходство дворянина, что становилось неудобно спускать его с небес на землю.

Да и ни к чему. Если это важно, пусть верит хоть в розовых единорогов. 

– Согласен со всем! Разрешите пожать вам руку? 

Бодро вскочив на ноги, я начал обходить стол, но дорогу мне перегородил здоровяк. 

– Это старая традиция, скреплять сделки рукопожатием, – похоже, меня не пустят, переборщил с заискиванием.

– Сделки нет, Сергей. Я позволяю вам жить из-за связей с Фондом. Стоит мне хоть на миг усомниться в вашей полезности, как от клана Цхой не останется и памяти.

Беседа закончена, вы меня утомили. 

Жаль, тогда пойдём сложным путем. Я придвинулся ближе к охраннику. 

– Моё почтение! Порядочно служить своему господину — это достойно уважения, – здоровяк попытался отстраниться, но я успел схватить его огромную ладонь. Два замерзших пальца на левой руке по-прежнему не сгибались, но я приноровился на них не рассчитывать.