Целитель

Если бы у меня были руки, то засучил бы рукава и принялся за работу. Потому что время шло, а местные целители не сделали ровным счётом ничего. А ребенку становилось хуже и хуже...

Дальше тянуть было нельзя, и я взялся за дело.

Принялся перехватывать чужеродные энергии, выводить их из тела. Что-то, наоборот, притягивал к себе, чтобы восполнить силы. Не все энергии были враждебны. Что-то из этого вполне можно использовать, что я и делал.

Работа заняла какое-то время. Когда уже заканчивал, чувствовал, что вот-вот «отключусь».

Зато ребенку становилось лучше. Он успокоился, задышал размеренно, а не отрывисто. Уснул. Поэтому я не видел, что там вокруг происходит.

Закончив, тоже затаился. Полностью не отключился, через какое-то время почувствовал себя лучше. С ребенком тоже было всё в порядке. Я за ним приглядывал.

Когда мальчик открыл глаза, я обнаружил, что его вернули домой.

Для родителей это осталось неприятным, но коротким эпизодом.

***

С тех пор так и повелось. Можно было со всей уверенностью утверждать — у ребенка хороший талант.

Масло втягивал он с утомляющей регулярностью. Кровью эту субстанцию я принципиально отказывался называть. Масло, оно и есть Масло. Ещё и грязное.

В следующие годы критичные ситуации возникали не раз. Но ничего, справлялся. Как — сам до конца не мог объяснить. Я это воспринимал так, будто шарю руками в темном ящике. Только вместо рук — тоненькие ручейки воли целителя. А вместо ящика — чужая энергетика.

То, с чем бы в своем теле я справился за десяток секунд, здесь отнимало часы.

Но постепенно наловчился. Куда деваться-то.

Вопросы, которые поставило передо мной первое загрязнение, так и остались без ответа. Я не мог понять, в какое королевство попал. Почему здесь настолько неумелые целители. Почему сами родители не знают, что такое Вдох и как с этим поступать. Почему здешнее общество настолько дремучее, что у них вместо Крови грязное Масло.

***

Никогда не думал, что куча свободного времени может поставить под сомнение данные мною обеты и клятвы.

В какой-то момент я всерьез задумался, смогу ли захватить тело. Для чего, как подозревал, придётся убить личность мальчишки.

Я, тот, кто клялся защищать человечество, помогать нуждающимся, был целителем и солдатом, всерьез задумался об убийстве невинного ребенка.

Но и не задумываться не получилось.

Время шло. У меня перед глазами пролетали годы чужой жизни. Годы, которые души всех тех, кто мне был дорог, страдали в чреве бога смерти.