Целитель

Хотел довести объем до пятидесяти Капель в теле. Этого хватит на пару атак или чтобы укрепить себя. А то, что в Источнике, — неприкосновенный запас.

Готовился я не зря. Стоило арку дома пройти, как Петр с Игорьком остановились.

— Лютый, — коротко сказал Петр, кивнув в сторону беседки.

Двор здесь небольшой, парня я хорошо разглядел. Тот образ, который себе в голове рисовал, совсем не совпал с реальностью. Первое, что бросалось в глаза, — ухоженное, интеллигентное лицо, очки, аккуратная прическа.

И этот человек носит прозвище Лютый?

Тогда внешность обманчива.

— Идем, что ли, — сказал я. — Пообщаемся.

— Пока он один, его можно побить, — предложил тихо Игорь.

— Не спеши, — попросил я его. — Послушаем, что скажет.

Лютый на месте сидеть не стал, поднялся, вышел из беседки. Поправил пальто.

Образ сразу изменился. Сейчас, когда он стоял, я увидел, что он выше всей нашей троицы. Рост у него под метр девяносто. Одежда дорогая, это сразу видно. Рубашку ещё белую напялил, брюки выглажены, со стрелками. Жилетку надел под пальто.

При этом он не выглядел слабым. Совсем. Грудь накачанная, рубашка её облепляет. Плечи широкие. На кулаках — костяшки сбитые. Да и сами кулаки — пудовые. Смотришь на них и понимаешь, что силы скрывают много.

— Ба, какие люди! — первым заговорил Игорек. — Век бы не виделись! Чего приперся, дружище?

— И я тебя рад видеть, Игорь, — невозмутимо ответил Лютый. — Думаю, ты знаешь, по какому я делу. Срок подошёл к концу. Что решили? — посмотрел он на Петра, игнорируя меня.

— Если отстанешь от парней, уйду к тебе, — заявил Петр.

— Оу, — покосился я на него, — Петя, ты чего? Был же разговор. Дай я сам с этим вашим дружком поговорю. Так ты Лютый, значит? — вышел я вперед.

Парень перевёл взгляд на меня и посмотрел несколько удивленно-высокомерно. На фоне него я и правда блекло смотрелся. Голову пришлось задирать.

— Ты Олег, — сказал он утвердительно. — А я, да, Лютый.

— Лютый, Лютый... — повторил я эхом, подходя ближе.

Чуть ли не понюхал его. Что-то было в этом парне странное.

— Ты смерти ищешь? — спросил он удивленно, покосившись на меня как на спятившую блоху.

— Да что-то от тебя смердит... — ответил я.

Лютый вскинул бровь, изучая меня с каким-то болезненным интересом. Я тоже его изучал. Начиная подозревать, чем пованивает. Рожки-то в виде татуировки над рубашкой не простые торчали.

— Петр, что с твоим другом? — обратился к нему Лютый. — Он спятил?

— Ты его лучше не зли, — серьезным тоном заявил Игорь.