Убийство на шабаше

Покажи класс, Голди!

Та встала и сотворила несколько ярких иллюзий, превращая окружающий их лес во дворец, главную столичную площадь и открытый океан. Каждый раз она накладывала соответствующее освещение и шумовые эффекты. Беата была очарована ее колдовством, но все же отметила, что убежище Джеральда никак не пострадало от него. Магия Голди не потревожила чары вересковой богини. Беата несколько опасалась, что Джеральд запаникует, оказавшись в «океане», но тот продолжал сидеть тихо, наблюдая за шабашем.

Беата и Валери захлопали в ладоши.

– Восхитительное колдовство, – выдохнула Адалинда, – я хочу ему научиться!

– Это моя дипломная работа для ковена ведьм в Туре, – пояснила Голди, – она довольно сложная. Я постараюсь научить тебя, но начнем с чего попроще. Беата, теперь твоя очередь.

– А можно вначале я? – вклинилась Адалинда. – Не хочу быть последней.

– Можно, – усмехнулась Беата.

Адалинда была в своем репертуаре.

Она встала в красивую позу и повела тонкими руками в воздухе, будто играя на арфе.

Секунду спустя звуки арфы зазвучали в воздухе. Адалинда «играла» на ней полминуты, затем поменяла позу и начала «играть» на флейте. Затем зазвучал рояль. Звук прежних инструментов не исчез, а плавно вплелся в мелодию, показавшуюся Беате знакомой. Наконец Адалинда запела: грустно, нежно и трогательно, словно ангел, сошедший с небес. Пока она пела, никто даже не шевелился, боясь прервать ее. Не шевелились и после. И только когда на ее лице возникло некоторое недовольство, они очнулись и захлопали. Адалинда заулыбалась и изящно села обратно.

Она была восхитительно, нереально хороша в этот момент.

Беата смахнула слезы. Выступление тронуло ее до глубины души.

– Круто! Не знала, что ты так потрясно поешь! – восхитилась Валери.

– Это инструментальные мелодии Хелен Линд, у меня были пластинки с ней, – заметила Голди, – а вот голос чей-то другой. Не узнаю чей.

– Нина Месс, – сообразила Беата, – мы ее слушали в старшей школе. Ада всегда говорила, что таким голосом нужно петь о любви, но та предпочитала революционные гимны.

Адалинда покраснела.

– И что же? Как будто мое выступление от этого стало хуже! Слова я сама сочинила! И все подобрала, чтобы хорошо звучало вместе!

– Не стало. Оно великолепно. И мы используем это на летнем празднике Калунны, – решила Беата, – сочини еще пяток песен и будешь выступать на сцене. Гости из Морланда с ума сойдут: красавица-целительница эффектно колдует, да еще и поет! Ты станешь настоящим кумиром для них.