Убийство на шабаше

Возможно, Александру будет лучше найти работу там.

Тот помотал головой.

– Я опозорен, меня никто там не примет.

– Примут, если я подниму свои связи и устрою вас к кому-то из наших верующих, – возразила Беата, – но не торопитесь: можете выждать месяц, пока все уляжется, или действительно остаться в Хисшире. Варианты есть.

– Вы очень добры. Простите, за то, что раньше вел себя грубо, – Александр смущенно потер шею, – мне казалось, вы – мой враг. Теперь это выглядит глупым.

– Ничего. Александр, вы пообещали Голди перейти в нашу веру.

Калунне это очень понравилось. Она пожелала вас увидеть. Голди, отведи его на вересковые пустоши, когда он будет готов. Однако я хочу вас предупредить: Калунна не спустит вам предательства. Если не хотите служить ей, то еще можете уехать и никогда не появляться в Хисшире и Морланде.

– Вот же упрямица. Но формально ты права: пока он не стал одним из нас, то может уехать. Давай посмотрим, что из этого выйдет.

Голди окаменела.

– Беата, ты… черт, а ведь ты права! Она не выпускает тех, кто ей нужен.

Зачем ей Александр? Она же не собирается ему вредить?

– Нет. Она хочет, чтобы Александр служил ей. Как мы.

Тот поколебался.

– Почему вы обе говорите так, словно Калунна – живой человек? Она отвечает на ваши молитвы?

Голди до крови прикусила губу и уставилась невидящим взглядом в стол.

– Почему я не подумала об этом раньше? Рассказывала о свободе, о путешествиях, о миллионе возможностей, а сама привела Александра в культ Калунны! Она же посадит его на цепь, как меня? Я просто хотела, чтобы он был рядом и забрала себе… Дура! Чертова дура!

Она сжалась, и Александр торопливо обнял ее.

– Голди, что такое? Почему ты себя обвиняешь?

– Потому что Калунна отвечает своим верующим, – хмуро пояснила Беата, – она щедра на чудеса, и те, кто служат ей, счастливы. Но она строга к нарушителям. Голди получила от нее новую жизнь, но теперь обязана отслужить за это. Вас ждет тоже самое. Выбора больше не будет. Подумайте, прежде чем соглашаться.

Голди вскинулась.

Глаза у нее стали совсем отчаянные.

– А если… если я его отговорю… какое Калунна выдаст наказание за это?

Беата прикрыла глаза.

– Калунна?

– Дай подумать. Захват Морланда это не отменит. Даже если Александр вернется к прежней вере, защитником Морланда он больше не будет. Здесь изменить ничего нельзя. Я просто не получу нового, потенциально очень полезного слугу. Это будет досадно, но не более того. Она не получит наказания, но мое личное отношение к ней ухудшится.