Души

А если бы и заметили, сразу бы и забыли. Так проще. Когда грабят других, всегда проще.

– Я вас никогда не видела, а живу здесь уже полвека, – строго сказала старуха.

– Ну, не знаю, куда вы все полвека смотрели.

– Куда надо, туда и смотрела. Идите к себе в квартиру и разговаривайте там сколько хотите. А-то полицию вызову!

– Ты же сказала, что уже вызвала.

Старуха зло глянула на женщину, но ничего не ответила. Громко хлопнула дверью. Провернула несколько раз затвор, прошуршала цепочкой и затаилась. Я не слышал её шагов, и казалось, что она всё ещё возле двери.

Прислушивается и собирает детальки для своего конструктора сплетен.

– Вот ведь Мегера, – подытожила женщина.

– Так кто, вы говорите, ходил к Маре в последнее время? – напомнил я о нашем разговоре.

– Да кто только не ходил. Поначалу, знаешь, такие всё крутые дядьки были. В костюмчиках, с часами золотыми, с цепочками. В общем, приличная публика. Помню, как в первый раз увидел у нас тут лимузин, аж поперхнулся. Пока босс свои дела делал, я с его водителем разговорился.

Спрашиваю, к кому это такой господин пожаловал. А водила мне по-свойски и рассказал, мол, пигалица тут одна малолетняя есть. Ну, а кроме Мары никаких мелких девок у нас тогда в подъезде не жило. Но я не стал особо выспрашивать, и так всё ясно.

– Это давно было?

– Слушай, ну лет двадцать прошло. Я помню, Маре тогда ещё то ли четырнадцать было, то ли пятнадцать.

Хорошо же ему запомнилась встреча с богатством. Так и не выбросил её из головы за двадцать лет. И на выдумку не похоже.

Слишком честно он брови сдвинул.

– А вас не смутило, что к малолетней девочке взрослые мужчины ездят?

– Ну, смутить-то смутило. Ну и что с того? Я чё, умный самый в их дела лезть?

– А родители её куда смотрели?

– Знаешь, там родители такие были, что лучше бы и не было. Алкота и наркоманы. Всему подъезду денег задолжали. А отдавать чем? Вот они, небось и… – мужчина с усмешкой развёл руками. – Ну, ты понял. Зарабатывали, короч.

Теперь и сказками запахло. Хотелось посмотреть, куда приведёт его дорога воображения.

– Так. И когда эти «господа» перестали приезжать?

– Точно не помню. Как-то резко так всё изменилось. Может, лет десять назад к Маре потянулись какие-то прощелыги. Ну, типа, девочка выросла, а профессию не поменяла.

Жена Васи сдалась и медленно поползла по лестнице, буркнув, что пошла домой.

– Почему «прощелыги»? – продолжал я спрашивать.

– А кто ж ещё? Все серьёзные такие ходили, будто кирпичи рожали. А на вид – так последние нищеброды.