Таинственный дом на Монмартре

Можно сказать, что шлюпка была такая же голая, как и приплывший в ней человек. В ней имелось только два весла и больше ничего.

Не было ни мачты, ни паруса, ни провизии. Не было даже фляги с водой. А у самого суденышка не было ни названия, ни номера на корме.

Таможенники попытались допросить незнакомца, но все их вопросы остались без ответа. Не зная, как поступить с этой обременительной добычей, они решили отвести его в ближайший городишко, в котором имелись мировой судья и тюрьма.

Задержанный безропотно подчинился своим конвоирам.

Ему выдали арестантский хлебный паек, и он мгновенно его проглотил. Затем послали за мировым судьей. Тот попытался допросить незнакомца, но, не получив ответа ни на один вопрос и не понимая, что с ним дальше делать, судья объявил, что он задержан за бродяжничество, и отправил в сопровождении двух жандармов в окружной административный центр.

На том и закончились странствия морского бродяги.

Его доставили по назначению, и теперь уже следователь сделал попытку разговорить странного арестанта. Но при всей своей ловкости этот опытный служитель закона, знающий как свои пять пальцев любые ухищрения подследственных, оказался бессилен, столкнувшись с весьма простым способом защиты.

Незнакомец не лгал и не изворачивался. Он попросту молчал.

Из-за этого упорного молчания даже такое вульгарное правонарушение, как бродяжничество, выглядело теперь как серьезное уголовное преступление.

Ведь если человек отказывается сообщить, кто он такой, что натворил и откуда появился, то у него должны быть очень веские причины, чтобы упорно хранить молчание, понимая при этом, что его не выпустят из тюрьмы, пока он не начнет отвечать на вопросы. А еще нельзя не учитывать, что не принято являться из моря в полуголом виде лишь затем, чтобы освежиться на пустынном берегу.

Выглядело все очень таинственно, и вполне можно было предположить, что за всем этим скрывается какое-то преступление.

Но какое именно?

Сразу напрашивалась мысль о кровавом преступлении в открытом море, совершенном взбунтовавшимся экипажем какого-нибудь корабля.