Галерея бессмерных

Очевидно, он мог позволить себе только бутылку воды и небольшой кекс. Или же он мог взять две бутылки воды. Он некоторое время обдумывал свои варианты, а затем подошел к стойке кафе. Бариста, работающая за кассой, улыбнулась ему, не поднимая глаз, словно говоря, что она предназначена для лучшего, но, к сожалению, она согласилась на эту работу, чтобы сохранить стабильный денежный поток. Макс понимал это. Когда перед ним встал выбор, он предпочел постоянство всему остальному. Это был единственный разумный поступок.

"У вас есть что-нибудь очень острое?" - спросил Макс.

Женщина за прилавком посмотрела на Макса так, словно он вдруг станцевал джигу в клоунской форме. "Нет, боюсь, у нас ничего такого нет".

"Неважно. Бутылку воды, пожалуйста. И этот красный бархатный кекс".

Пока Макс считал деньги, бариста вбила его заказ. В конце концов, он положил всю пачку купюр на стойку. Когда его заказ принесли на подносе, он с удовлетворением заметил, что к кексу положили нож и вилку из нержавеющей стали.

Макс тепло улыбнулся ей, забрал поднос и подошел к своему столику. По пути он спрятал нож в карман. Теперь он был вооружен, хотя и грубым оружием. Стоя перед входом, он отвинтил крышку бутылки и выпил почти половину содержимого, позволяя прохладной жидкости успокоить нервы.

Кафе не будет работать всю ночь, и Максу придется найти место, где можно прилечь и поспать несколько часов. Он мог спать в своей машине напротив кафе, а это означало, что утренняя толпа, вошедшая в кафе, не только разбудит его, но и даст ему некоторое ощущение комфорта.

Но что делать, пока он будет спать?

Макс понял, что единственной причиной, по которой он выбрал это кафе, было то, что хотя здесь было многолюдно, но не слишком. Если бы он решил расположиться где-нибудь в центре города, то стал бы всматриваться в лица каждого проходящего мимо него человека.

По-другому и не скажешь, но Макс становился параноиком. Он ничего не мог с этим поделать. Его жизнь была открыта, и мысль о том, что кто-то следил за каждым его мгновением неизвестно сколько времени, заставляла его ползти по коже. Он никогда не оказывался в подобной ситуации. И он ненавидел себя за то, что нервничает.