Галерея бессмерных

Вместо этого в его мыслях поселилось чувство безнадежности. Из уголка его глаза выкатилась одна слезинка и направилась к уху.

Он вспомнил, что у него больше нет дома. Он вспомнил, как неделю назад его хозяин вручил ему уведомление об освобождении квартиры. Поскольку между ним и домовладельцем не было договора, у Макса не было оснований для спора. Он мог попросить аванс у своего работодателя, но не был уверен, что это получится. Может быть, врачи смогут подержать его в больнице несколько дней. Возможно, ему будет где временно остановиться.

Но опять же, кто будет оплачивать больничные счета?

Макс подумал, согласятся ли врачи на предложение об эвтаназии, сославшись на то, что он слишком разорен. Эта мысль заставила его усмехнуться, и он обнаружил, что ребра болят, если он делает резкие движения. Никакого смеха. Вот это просто прекрасно. Он не мог даже посмеяться над своим положением.

Дверь в комнату открылась, и вошел мужчина в черном костюме и галстуке. Он мягко закрыл за собой дверь и начал подтаскивать стул к кровати Макса.

Когда стул оказался достаточно близко, он сел, выпрямив спину и поставив ноги близко друг к другу. Он поправил галстук и посмотрел на Макса без выражения.

Вся эта сцена казалась странно вытесненной из реальности. Макс начал задаваться вопросом, какие наркотики он принимает. Возможно, этот человек был журналистом, ищущим сенсацию. Хотя в этом происшествии не было ничего особенно интересного. Возможно, насилие продается, в какой бы форме оно ни проявлялось.

Молодой человек - жертва пьяных водителей города"; Макс почти мог представить себе заголовок статьи.

"Макс Оруба. 20 лет. Попал в ДТП. Два сломанных ребра. Тяжелое внутреннее кровотечение. Другие серьезные повреждения. Вряд ли вы быстро поправитесь", - сказал мужчина без предисловий. Он говорил так, словно отмечал пункты в списке товаров. " Маловероятно, что он вообще поправится, я бы добавил".

Макс посмотрел в потолок и закрыл глаза. То, что ему напомнили о серьезности ситуации, наполнило его чувством пустоты.

Его больше не беспокоил человек в темном костюме. Кем бы он ни был, это не имело значения. Он мог быть самим дьяволом, если бы Максу было до этого дело.

"Нет работы. Никаких отношений", - говорил мужчина, продолжая говорить без малейшего намека на беспокойство. "Нет семьи".

"Я прекрасно понимаю свое бедственное положение. Я не знаю, что вам нужно, но мне нечего вам предложить", - сказал Макс. Он хотел снова остаться один.