Почтовые

Я подняла руку, закрывая лицо, и зажмурилась. Рев стал усиливаться и внезапно перешел в знакомый тоскливый вой. Это же снарк! Спотыкач!

Я открыла глаза: снарк стоял на моей груди и выл мне прямо в лицо.

«Сон! Это был сон!» — с облегчением подумала я и благодарно погладила снарка, который спас меня от кошмара. Рука болела. Во сне я так крепко сжала в ладони темно-красный кристалл, что он рассек ее и на коже выступила пара капелек крови.

— Только никому не говори, что я им порезалась, — сказала я Спотыкачу.

— Это же нарушение правил безопасности! Ну да ладно… тут уже ничего не поделаешь.

Снарк обнюхал мою ладонь и, как мне показалось, сочувственно свистнул.

— Да ничего, заживет! Ты даже представить себе не можешь, что за ужас мне только что приснился! — сообщила я снарку. — Я там чуть не сгорела в каком-то адовом пламени.

Я почесала Спотыкача за ухом - он радостно засвистел.

— Вставать-то пора, интересно? Очень есть хочется, — вздохнула я.

— Жиглай! — раздался рев лу-вэя откуда-то снизу.

— А ну быстро сюда! Я что вчера приказал? А ты что сделал?

Жиглай что-то ответил, но я не разобрала слов. Потом снова раздался рык Гиззата и топот ног: похоже, Жиглай куда-то направился, и весьма быстро. Я бы даже рискнула предположить, что он побежал.

В комнате было очень холодно: за ночь все тепло выстудило. Здесь не было ни камина, ни жаровни. Я распахнула ставни: на дворе было ранее утро. Тут в дверь постучали, и послышался голос Мусы Ахмедовича, который звал меня спускаться вниз.

От холода я собралась так быстро, как никогда в жизни этого не делала.

Дом Гиззата, как я уже поняла, был небольшой, хотя по меркам Арзуна вполне респектабельный. На втором этаже размещались две спальни и комната прислуги, на первом находились кухня, столовая и кабинет.

Местные жители, как когда-то рассказывал мне Павел, любили украшать свои дома шершавой плиткой: ею выкладывали какой-нибудь орнамент или просто закрывали стену. В жилище Гиззата стены были беленые и украшенные поверху, вдоль потолков, рисунком, стилизованным под языки пламени.

Сами же потолки во всем доме были обиты деревом, а на полу лежали простые домотканые полосатые половики - у нас такие в каждой деревне есть. Знакомые с детства, они вызвали во мне сильную ностальгию: сразу захотелось домой в Казань, позвонить родителям, а лучше - увидеть их.

Все уже сидели внизу за большим деревянным столом. Теперь стало ясно, что семья у Гиззата и его жены большая.