Сказка Заката

— Какие... кто шуровал? — Николаша, забывшись, сказал это обычным образом, на непонятном для остальных языке, и несколько удивленных взглядов повернулось в их сторону.

Но Коля ничуть, казалось, не удивился:

— Ребята, спокойно. Это — гости... мои... — помахал он рукой, жестом, который, вероятно, следовало рассматривать, как успокаивающий. Взгляды, как по команде, потухли.

— Что ты говоришь-то? — обратился он снова к Николаше как ни в чем ни бывало.

— Это... да — друзья, — ответил уже собравшийся с мыслями Николаша. — Я им ключ дал на одну ночь — ну ты понимаешь...

— Да понимаю, конечно, что же там не понимать...

— Ну да — друзья, понимаешь, молодые — им негде было...

— Ну да, понимаю, — отозвался Коля, — видать им там сильно приспичило — на двух машинах отъезжали.

Николаша не нашелся, что на это ответить. Николай Николаевич выпрямился на своем табурете, явно сильно напрягшись.

— А, простите, долго они — там... — прямо глядя бармену в глаза, спросил он негромко.

— Да уж... Суток трое, наверное, торчали. С-суки, — неожиданно зло ответил тот. И также неожиданно, очень тепло взглянув на Николашу, извлек из-под стойки еще две стопки:

— Это вам — за счет заведения.

Потом достал еще одну — особую, по виду серебряную: неяркий свет висящей над стойкой лампы метнулся в ней двумя тусклыми бликами. Коля налил себе.

— За нас с вами, — серьезно сказал он.

Чокнулись, выпили.

— Вы, ребята, не волнуйтесь, — крякнув и закусив крошечным помидорчиком с Николашиной тарелки, сказал бармен, — они здесь больше не появятся.

Николай Николаевич, улыбаясь, поднял руку и постучал согнутым пальцем себе по лбу. «Где-то я уже это видел», — подумал Николаша. А бармен неожиданно развеселился:

— Точно-точно, — хохотнул он, а затем серьезно добавил, глядя на старика с уважением: — Я так понимаю — вы в курсе.

«В каком курсе? Вернее — а Коля в каком курсе? Вернее...