Сказка Заката

— Что это вы так загрустили, молодой человек? — спросил я его тогда, чтобы прекратить эту пытку.

Он диким глазом посмотрел вверх, думая, вероятно, что слышит ангелов; я лишь горько усмехнулся про себя. Мгновение спустя он опустил взор, поглядел по сторонам и заметил меня.

— Слушайте, я не знаю... я, наверно, болен... — хрипло сказал он, снова озираясь.

Я присел рядом с ним...

* * *

Уже в конце лета, в середине августа, в один из тех жарких солнечных дней, и в тот самый послеполуденный час, когда пропеченный и пропыленный за лето город совершенно пустеет, когда все прячутся от жары кто куда, Николай по сложившемуся у него обыкновению довольно бесцельно бродил в лабиринте нагревшихся, дремлющих на солнцепеке безветренных переулков, не встречая ни единой живой души; он шагал, и не видел никого, кто бы шел навстречу; повернув голову, ни разу не встретился глазами с кем-нибудь, нагоняющим его; он даже не чувствовал чьего-либо присутствия до тех пор, пока они не возникли, будто в жарком бреду, прямо перед самым его лицом.

Встреча эта должна была рано или поздно произойти, и она произошла. Братья появились настолько близко, что при желании могли, бросившись на него, схватить; он, однако же, знал, что — нет, не посмеют.

— Чего надо? — довольно грубо спросил он.

— Поговорить, — ответил нерыжий.

— Говорите.

— Ну... в общем, что ж дальше в прятки играть — ты ведь, наверно, понял, откуда мы?

Он не отвечал, безучастно глядя на нерыжего брата.

— По онял, — протянул тот. — Так вот: ты совершенно ничего не понял.

Николай чуть удивился, и удивление это, похоже, на лице его против воли отразилось, потому что брат стал говорить заметно горячее:

— Ничего, совершенно ничего не понял, ты — что ты мог понять, кто бы тебе позволил?

Николай при этих словах снова потерял всякий интерес к разговору и уже было хотел повернуться и идти.

— А, конечно, этот старый конспиролог! — с горечью проговорил нерыжий. — Он, небось, тебе рассказывал про организацию, да? Дурак он старый и негодяй — он ведь тебя использует!..