Хроники Сьёррердаля. В окружении старых тайн.

Но Джоро… К нему у Сьёрда было весьма противоречивое отношение. Однако его жизнь была ему не нужна.

- Нет, я вовсе не собираюсь тебя убивать, - сказал наконец красноглазый алхимик.

- И отчего же? Я думал, что ты будешь коллекционировать наши головы, расставляя их у себя на полке, где-нибудь… Где-нибудь, где ты живёшь.

Сьёрда всегда это раздражало. То, как отчаянно Джорононенди любил всё драматизировать.

- К твоему сведению я не отношусь к тем, кто хранит у себя головы в банках, - напомнил он ему, отчего тот тут же смутился.

– Поэтому предлагаю перейти к делу. Моткето. Где он сейчас скрывается? И чем занят?

- С чего ты взял, что мне вообще что-нибудь известно? – поинтересовался пожилой алхимик. – По-твоему мы с ним каждый день встречаемся в каком-нибудь особом трактире?

- Давай откровенно, - предложил он ему. – В Цантерии всё сложилось не самым лучшим образом и весь алхимический круг там погрузился на самое глубокое дно.

- Что за выражения, - поморщился Джорононенди, а потом вздохнул.

– Да, в Цантерии всё пошло крахом и обстоятельства сложились против нас.

- Или вы сложили их против себя.

- Я не собираюсь с тобой об этом дискутировать!

- Отлично, потому что и я тоже. И ты, и Моткето покинули Цантерию и укрылись здесь в поисках убежища от всех своих врагов. И я ни за что не поверю, что вы тут же расстались и ничего более друг о друге не знаете. Если бы ты хотел этого, то не бежал бы из страны вместе с ним!

- Не стоит вилять, Джоро, - посоветовал ему Дерерис.

– Уж мне то известно, что вы с Моткето и вашими учениками держались здесь одной группой. По крайней мере до тех пор, пока ты не остановился в Тробверте.

- Значит, я не далёк от истины, - Сьёрд сложил руки на груди. – Джоро, я прекрасно знаю, ты осуждал то, что Моткето устроил в Цантерии. Но я также прекрасно знаю, что ты, как и всегда, последовал за ним закрыв глаза на все его дела. И помогает тебе в этом критическое отношение к поступкам других людей.

Твоя самая любимая привычка.

- У каждого из нас свои привычки и свои причины для поступков, - с грустью произнёс пожилой алхимик. – Конечно же, я осуждал то, что там произошло. Но мы прибыли сюда, когда обстановка в Цантерии накалилась и там у нас больше не осталось союзников. Видишь ли, выбирать было особенно не из чего. И что же именно ты хочешь от меня узнать, Сьёрд?

- Всё, что тебе известно, - ответил ему бывший алхимик.