Маг на передержке

Кира сама принесла ему поднос с едой.

— Привет. — Обрадовалась она и подставила губы для поцелуя. — Чем обязана такому вниманию?

— День хороший. Решил тебя проведать. Если есть минутка, присаживайся, расскажу, чем занимался.

— Блин, Тошка, ты видишь, какая компания тут беспокойная. Им постоянно что-то надо. Я как заступила на смену не отхожу от них.

— Вижу. — Антон снова посмотрел на мужчину, бросающего в его сторону высокомерные взгляды. — Работенка у тебя с такими клиентами не сахар.

— Куда деваться. Зато они как подопьют, начинают сыпать деньгами.

Можно и потерпеть. — Кира присела за стол. — Давай, кратенько, что тебе так подняло настроение. Маг ушел и оставил в прихожей мешок денег?

— Тебе только деньги подавай. Нет, он сегодня раскрыл преступление на раз-два.

— То убийство в парке?

— Да. Взял предмет убитой и рассказал, кто ее заказал. Пришел на место убийства и рассказал, кто убил и где прячется. Для него это, как само собой разумеющееся. Представляю лица всех участников преступления, которые будут задержаны на следующий день после его совершения.

Вера в бесполезность органов правопорядка у них сильно пошатнется.

— Это здорово, но что-то мне подсказывает, что идеей скитаться по миру он больше не одержим. — Догадалась Кира.

— Вероятнее всего, она отложена на неопределенное время. Да и ладно, после такой помощи я уже не считаю его опасной обузой. Да и он сам открывается с другой стороны. Мне кажется, он нормальный человек, просто воспитан в ином мире, с более суровыми условиями.

Деньги для него не проблема и он реально не знает, сколько нужно платить за то, что он будет жить в твоем доме. Запросим у него столько, чтоб через три-четыре месяца купить новый дом и отселить его туда. Нормальная же идея?

— Хм, а ты мыслишь правильно, товарищ страшный лейтенант.

— А нам с тобой эти месяцы будут медовыми. — Антон взял Киру за руку.

— Эй, халдейка, иди сюда, у нас выпивка заканчивается и закусон остыл. — Выкрикнул пьяным голосом клиент с беспокойного столика.

Кира закатила глаза под лоб и зло выдернула свою руку из руки Антона.

— Достали уже, уроды. — Прошептала она.

У Антона заиграли желваки от бесцеремонно грубого обращения к его девушке. Он сдержался, зная, что в случае драки, виноватым выставят, скорее всего, его. И не пристало служителю закона вестись на провокации. Хлебал солянку, делая вид, что абсолютно спокоен. Он не чувствовал вкус супа, не обращал внимания, как громко хрустят гренки на его зубах.