Маг на передержке

— Не все могут пройти испытание богатством.

Девушка, почувствовав подвох, выбежала в гостиную. Через секунду раздался ее крик.

— Почему ты так сделал? За что? — Истерично спросила она, увидев, что денег осталось всего десять бумажек.

Антону пришлось успокаивать ее, но подруга рвалась, не в силах пережить расставание с деньгами.

— Успокойся, дорогая, эти деньги никогда не были твоими. Маг украл их, а как ты могла пользоваться ворованным? Это незаконно, а я обязан с этим бороться.

— Так возьми и посади своего мага из сельмага в кутузку, чтобы он.

— Человек из другого мира и не знает наших законов. Ты хотела поверить ему, и он выбрал самый оптимальный путь для этого. Он не виноват, что деньги так повлияли на тебя. Ты же сама потеряла контроль над собой, а это очень опасный звоночек. Не хочу думать, что женщина, которую я люблю, выше всего ценит богатство.

— А что в этом плохого? — Сквозь слезы спросила Кира.

— У тебя кукуха стартанула с места в карьер.

— Я не пойду, у меня лицо опухло. — Кира оттолкнула ее.

— Не страшно. У нас есть маг, который наверняка, знает заклинание, делающее женщину снова красивой.

— Знаю. — Выкрикнул Арбадакс из другой комнаты. — Убираю отеки, грыжи, плешь, пяточные мозоли, порченые зубы, шрамы и прочее.

— Во, слышала, не колдун, а пластическо-магический хирург. — Антон наклонился к уху. — Идем, деньги, это не все, что он может.

Кира шмыгнула носом и пошла за Антоном. Триединый маг уже сидел за столом и заглядывал под крышку термоупаковки, в которой лежал шашлык.

— Аромат знакомый. — Он втянул носом воздух. — У нас тоже так готовят мясо.

— Тогда, нам есть, что сравнить по-честному. — Обрадовался участковый. — Открывай и пробуй.

— Сегодня без отвара? — Спросил Арбадакс.

— Да. — Антон передернул плечами, вспомнив, как ему было плохо утром. — Хочу встать и выпить с утра крепкого кофе с булкой.

— А мне понравилось. — Признался маг, открывая крышку контейнера. — Ого, а зачем тут столько травы?

— Чтобы лучше переваривалось. Так у нас принято. Пробуй.

Триединый маг налег на еду, сопел, жевал и не произнес ни звука, пока не доел.

— Что молчишь, не понравилось? — Спросил Антон.

— Напротив. Очень даже прилично.