Отдел магических преступлений

С каждым шагом идти становилось всё трудней. Казалось, он движется сквозь воду. Словно окружающая его незримая сила давит не только на тело, но и на разум. Будто кто-то сжимает голову в невидимых тисках, запускает мерзкие щупальца в мозг. Но Слава, сцепив зубы, продолжал двигаться. Бесплотный голос шептал: «Остановись! Поверни назад! Ещё шаг, и ты погибнешь!» Но он делал один шаг, второй, третий и продолжал жить.

Сколько он так шёл, наугад выбирая путь в одинаковых как братья близнецы коридорах, Слава не помнил.

Казалось, ещё немного, и он сойдёт с ума от раздирающих разум мучений. Но с каждым шагом преграды в сознании слабели и ломались одна за другой.

Слава шёл, шёл только благодаря силе воле и желанию во что бы то ни стало преодолеть этот путь до конца. Часть его старой личности конвульсивно сжималась от ужаса и кричала в агонии, что это смерть, конец, и Славу снова окутывали волны липкого страха перед тем неизвестным, что стоит за гранью бытия. Но сквозь весь этот ужас пробивалось что-то другое, сильное, светлое, свободное… И он продолжал идти вперёд, цепляясь за эту крепнущую где-то глубоко внутри силу, как за последнюю соломинку, удерживающую его от падения в океан чёрного ужаса…

Час, два или целую вечность спустя Слава вдруг понял, что он оказался у исполинских дверей, точной копии тех, что привели его в лабиринт.

К этому моменту он уже полностью обессилел и уже едва держался на ногах.

Слава устало привалился к тёплым, деревянным створкам. Выгравированное на них солнце вспыхнуло ослепительным белым всполохом, и двери распахнулись.

Парень потерял равновесие и упал лицом вперёд на чьи-то заботливо подставленные руки. Его губ коснулся прохладный обод чашки, и в рот полилась вязкая, чуть горьковатая жидкость.

– Сейчас полегчает… – раздался откуда-то грудной женский голос.

Постепенно слабость прошла. Слава открыл глаза и увидел склонившуюся над ним Отаву. Оглядевшись, парень понял, что лежит на удобной койке в небольшой комнате. Сбоку стоял стол, за ним, перпендикулярно торцевой стене, возвышался массивный платяной шкаф, разделяющий комнату на две части.

Во второй половине стоял такой же комплект мебели, только зеркально. Однако соседа у Славы пока что не было.

Вскоре Слава почувствовал себя настолько хорошо, что уже смог сесть без посторонней помощи. Отава поставила чашку на стол.

– Как ты себя чувствуешь? – пытливо взглянув на парня, спросила она.

– Хорошо, – прислушавшись к себе, Слава понял, что это действительно так.