Сердце шамана

Только одна девочка одиннадцати лет в чёрном рваном платье сидела без воли и сил у вбитого в землю столба, до боли сжимая жемчужные бусины длинного ожерелья. Некогда стираное бельё валялось на земле у второго столба, слетев с порванной верёвки. Больше не было желания сражаться. Больше не было причин жить. Но и умирать не хотелось — девочка подтянула бусы ближе к себе, готовясь дать отбор любому врагу, осмелившемуся к ней приблизиться. Пятеро Акума же, витающих над её головой, не спешили атаковать.

— Не прощу… — пусть еле слышно, сквозь зубы, парень выдал себя.

Все взоры машин смерти вмиг были обращены на него, а девочка оживилась, страхом наполнилось сердце: она больше не хотела видеть, как ещё кто-то погибнет на её глазах, тогда она точно сломается.

— Беги, — вначале еле слышно, — беги! — затем сорвалась на крик девочка.

Но парень не слушал. Запрыгнув на столб, оттуда он взмыл ввысь, одним ударом левой руки сметая одного Акума, освобождая запертую душу от агонии. Второй тоже не успел уйти, как и третий.

Двоим удалось вовремя отлететь и начать обстрел. И хотя кровь в жилах кипела, жажда разобраться с Акума поскорее сжигала, защита невинной жертвы оставалась в приоритете. Встав перед девочкой, парень подставил под снаряды проклятую руку, готовясь принять все удары на себя… Которых не последовало.

— Уничтожь их всех, — дрожащим голосом, едва не плача, попросила девочка. Опираясь спиной о столб, стоя на полусогнутых ногах, он выставила перед собой бусы, удерживая обеими руками — они-то и создавали барьер.

Парень лишь кивнул. Перестав быть угрозой, выстрелы больше не останавливали его. Подобраться к противникам достаточно близко не было возможности, потому оставалось использовать только одно:

— Могильный Крест!

Всё закончилось. Жестокая точка была поставлена на одном прошлом, слизывая чувства, смазывая воспоминания, дабы дать начало новому будущему. Будущему, состоящему из череды нескончаемых битв.

— Я знаю человека, который может научить тебя обращаться со своими силами, — заговорил парень, закончив с захоронением.

Звать священника или гробовщика было бессмысленно, потому пришлось обходиться своими силами. На ночном небе уже ярко сияли звёзды, когда был установлен последний крест. — Идём со мной. Кстати, я Аллен Уолкер, — протягивая правую руку, представился парень. — А тебя как зовут?

— Анна. Кёяма Анна.

Предлагая идти с ним, Аллен и не подозревал, насколько зол будет учитель — Мариан Кросс.