Апостол Судьбы

И усиливался, и стихал, оставляя несчастный букет лежать неподвижно, а только мы догоняли и уже протягивали руки, резко хватал добычу и уносил совсем в другую сторону. Мне даже померещилось паскудное хихиканье.

— Окружай с другой стороны! — скомандовал я Игорю.

— Да провались ты!

Оббежали весь двор, пару раз увязли в сугробах, я разок упал лицом в снег, но мы поймали, хоть и не с первой попытки. Сначала Игорь схватил букет, но не удержал. Ветер нагло вырвал из руки, а Игорю ещё и в глаз зарядил, россыпью снежинок.

Потом я хватанул что есть сил, сообразил, что сжал пару бутонов, попытался взять пониже и… упустил. Этот гадёныш снова удрал. Тогда я мысленно переключился на пятую скорость и выжал из себя всё, что только было возможно, долетел до букета, рванул и плюхнулся сверху, придавив его телом. Попался!

Дома, с виноватым видом вручив Дарье цветы, я сразу же подумал, что Игорь был прав. Надо было бросить их к чертям собачьим… Неизвестно, что теперь под обёрткой. Мне хотелось немедленно смять этот горе-букет, как испорченный лист бумаги, и выкинуть в окно, но Дарья уже забрала его и ушла на кухню, ставить вазу с водой.

— Зря не бросил, — разминувшись с ней, умножил мои опасения Антон.

Когда я разделся и зашёл на кухню, желудок мой сжался до неприятного спазма.

Розы стояли в вазе. Дарья вытаскивала из букета разломанные и смятые цветы, пара бутонов надломились и уныло висели на стеблях, зелёные веточки для украшения выглядели как полуободранные сорняки. Их Дарья убрала совсем, и в вазе, вместо семи пышных разноцветных роз, остались торчать четыре цветка с мятыми листьями и поникшими бутонами.

Вот здесь-то и надо было видеть глаза моей бедной возлюбленной. Меланхоличный, скорбный взгляд, от которого мне захотелось умереть во второй раз.

— Спасибо, Никита, — пустым голосом сказала она. — Спасибо за такое тактичное напоминание. А я уже почти забыла, что я мёртвая.

— Да-а-аш! Ну прости! — раскаялся я и уткнулся лбом в её волосы. — Я не хотел, чтобы так…

— Не надо называть меня Даша, ты знаешь, как меня это бесит! — ледяным тоном отрезала она и принялась раскладывать продукты по местам, громко хлопая дверцами шкафов и холодильника.

— Идиотское имя, на могиле и то красивее!

Ластиться дальше я не стал, знаю, что толку нет. Ей нужно время, чтобы выпустить пар. Так что пока все хлопотали по кухне – кто-то с покупками, кто-то заваривал чай – я вытащил одну розу из четырёх и отправился на поиски другой вазы, чтобы поставить её в комнате.