Линкор "Альбион"

Но… Этот огромный человек успел в последнюю долю секунды просто опустить лицо, и небольшая пуля ударила в его массивную надбровную дугу, выбив не глаз, а всего-навсего каплю почти чёрной крови. Зоя знала, что в лоб этому монстру стрелять нужно только из хорошего револьвера или винтовки, иначе толку не будет. Эти твари на удивление прочны. В общем, выстрел оказался… плох. Она только зря потратила патрон, но это не обескуражило деву, и она, уже прицелившись, делает ещё один, последний выстрел, снова пытаясь выбить глаз монстру.

И на этот раз дева достигла своей цели; огромный, как у коровы, глаз дёрнулся и закатился, тварь заорала, заревела от боли:

- Оо-оааа…!

И схватилась за уничтоженный орган. Всего на секунду он остановился, чтобы прийти в чувство, но этой секунды девушке было достаточно. Ножны её ручного оружия, что были выполнены в виде стека для верховой езды, ещё не успели упасть на пол, а она, уже крепко сжимая клинок в руке, бросилась к великану и мгновенно, чуть присев, прямым выпадом снизу пронзила диафрагму существа так, что клинок точно вошёл ему в сердце.

Она убила его одним движением. Почти бескровно. И сама была горда этим, вот только гордиться ей пришлось всего одну секунду, пока громадная туша твари не рухнула на пол. А когда рухнула, Зоя поняла, что осталась безоружна, так как она не смогла высвободить свой стилет, намертво застрявший в грудине существа. Увидав всё это, Эбердин Тейлор побледнел и сразу выхватил из кармана панталон револьвер. Но англичанка, заметив его оружие, рявкнула на него:

- Уберите оружие, болван.

Брать только живой.

Зое было не до них, она даже наклонилась и попыталась вытащить стилет, но оружие застряло в скрючившимся трупе накрепко, словно в застывшем бетоне, а перемазанная кровью рукоять была скользкой.

А тут с шумным ударом дверь в уборную распахнул и второй человек-шкаф. А за ним появился и ещё один кривоногий. Как только они ввалились в помещение, леди Рэндольф крикнула:

- Взять её, Чарли, взять живой!

Ах, как всё это было неприятно.

Очень неприятно. Как хорошо начинался этот день, день первого её настоящего задания. И вот чем всё закончилось. Зое стало грустно. Так грустно, что захотелось плакать. Вот только плакать она не собиралась. Дева знала одно: попадать в лапы к англичанам нельзя. Нет ничего хуже их лап. Поэтому, видя, как большой человек в чёрном сюртуке и чёрных перчатках двинулся к ней, она легко вспорхнула на подоконник и сразу вытащила заколку из тугого узла.