городская легенда

Но лампочку Ильича не заметить было невозможно.

С вырвавшимся светом, он, как ему казалось, слышал шум на проспекте и шел от обратного, но, увидев лампочку, понял – солнце докатилось до Ильича и стало садиться.

Владислав несколько раз попадал, сначала во двор Алисы, потом во двор Гулливера и, наоборот.

«Глупо!» - подумал Владислав, - «Мне – учителю Истории и Географии, попасться на такой трюк, как – хождение по дворам в поисках выхода»

Посмотрев на лампочку, он уже решительно и бесповоротно, вернее, наоборот, повернув на сто восемьдесят градусов, хотел снова отыскать больницу, но желтый свет превратился в ядовито-красный.

Очевидно Владислав, наблюдая за этим краснознаменным солнечным парадом, развернулся все же не на сто восемьдесят, а только на девяносто градусов, если не на сорок пять или семьдесят пять, а потому в очередной раз вошел во дворы, в частности – двор Гулливера.

Чутье подсказывало ему, что мистика в этом есть, и наверняка это по части Бориса Моисеевича, т.к в этом месте по его геграфическим данным и мог быть разлом коры, и по идее - нужно возвращаться обратно.

* * *

Это чутье ему было дано от рождения. Еще, будучи маленьким ребенком, он мог заметить что-то необычное, чего взрослые не замечали.

Например, видел как большая обезьяна, залезла к соседке в окно. Или, как дядя-сантехник, когда пришел к ним домой еще с порога разделился на трое: один прошел на кухню, другой в туалет, а третий вышел на лестничную площадку покурить.

Все это он рассказывал родителям. Его называли фантазером. Потом выяснялось, что соседку ограбили воры, а у сантехника, точнее у его жены – родилась тройня. И все пацаны! Об этом даже в газете писали.

В институте, ему показалось, что все вокруг в аудитории, и даже девочки, - лысые. И правда, через некоторое время, началась перестройка, и настало время «бритоголовых».