АлкоМаг 2

Что ни говори, а магия (или как ее там – сенсорика) – штука полезная!

Айнул очнулся и издал похожий на мычание стон. Мычание ягнят, мля … После того, как он осознал, что рот его под завязку набит тканью, то он естественно попробовал ее выплюнуть. Но туго затянутый поверх кляпа скотч безапелляционно пресек эту попытку. Азиат обреченно вздохнул носом и с ужасом взглянул на меня. Я недобро подмигнул в ответ.

Шевеления собрата наконец-то привели в относительное чувство второго оставшегося в живых бандита – белобрысый молодой мужчина с мутным взглядом – тот самый, что активно принимал участие в изнасиловании Ольги и пытках Юргена.

Я поднялся из кресла и подошел к нему вплотную. Стоит упомянуть, что пока оба выживших находились без сознания, я сбросил личину и остался в своем первозданном облике. Не хотел огорчать «засадников» - пусть видят, что дождались-таки! И … Я неосознанным движением потер друг о друга ладони.

Я похлопал белобрысого по щеке, пытаясь «навести резкость» его восприятия. Это пошло ему на пользу – взгляд парня прояснился. Обозрев мою персону, он тут же презрительно скривился и сквозь кляп попытался что-то донести до меня.

- У-ум! Угум у-у-ум! – от его гневного взгляда, наверное, можно было прикурить.

Кстати! Я отыскал пепельницу, прикурил и выпустил дым в лицо бандита славянской … ммм, московской внешности – у меня пока что не было времени на изучение наций, языков и прочих фольклорных особенностей.

- Хочешь поговорить? – нахмурив брови, спросил я у белобрысого.

Тот презрительно прищурился и кивнул в знак согласия.

- О кей…, - я вытащил кляп у него изо рта. – Только орать не советую – себе дороже встанет.

Белобрысый сделал несколько гримас, явно разминая лицевые мышцы. Потом он вновь недобро ощерился и с вызовом взглянул на меня.

- Считаешь, что одержал верх? – он язвительно улыбнулся. – Парень, ты даже представить себе не можешь - во что тебя угораздило влипнуть …

Он сделал театральную паузу, которой я не замедлил воспользоваться:

- Ты можешь? – в ответ он лишь с недоумением взглянул на меня. – Я говорю, ты представить можешь – во что я влип?

Его взгляд поскучнел, и он уставился в пол.

- Ну так и не понтуйся, шестерка, - я катнул желваки.