Молчание Сабрины

Оба громилы и даже мальчишка были большими поклонниками боев. У каждого из них даже имелся свой фаворит. За обсуждением, кто кого бы разорвал и сожрал, оставшаяся часть пути и прошла.

Вскоре лодка пристала к ветхому причалу. Мальчишка спрыгнул на мостки и умело привязал ее к торчащему из воды пню. Громилы достали из уключин весла, очистили их от налипших пиявок, а затем выбрались следом. Мешок, ящик и их (пока еще) владелец в зеленом пальто оказались на берегу.

Сабрина выглянула наружу, и открывшаяся картина вызвала у нее оторопь.

Задний двор «Мокрицы» был похож на свалку: у облезлых, покрытых мхом кирпичных стен громоздились груды башмаков и плесневелых чемоданов. В углу, неподалеку от черного входа в харчевню горел костер, на вертеле жарилась здоровенная жаба. Рядком у стен стояли огромные бочки, которые то и дело сотрясались – именно там были заперты сомы.

Из харчевни доносились хриплые, спитые голоса. Разнося по болотам нескладную мелодию, громыхал граммофон, и из открытой настежь двери на землю лился дрожащий рыжий свет.

Весь задний двор был заставлен стеклянными банками, в которых сидели болотные светлячки – хозяин харчевни использовал их вместо фонарей. Такие банки стояли и на подоконниках самой «Мокрицы», слегка подсвечивая лица и фигуры завсегдатаев. Те были слишком заняты своими делами, чтобы обращать внимание на то, что происходит на заднем дворе. Ну, или же похищения были здесь чем-то обыденным, и никого ими не удивишь.

Бессознательного Гуффина, который сейчас напоминал потрепанное ветром поникшее огородное пугало, приспешники Безносого усадили на стул у костра.

Мешок и ящик поставили рядом.

– Пиглет, приведи босса, – велел один из громил, и мальчишка, сорвавшись с места, опрометью ринулся ко входу в харчевню.

Сабрина ждала и прислушивалась. Громилы стояли поблизости и обсуждали, на какую долю от добытого в болотах могут рассчитывать.

«Если они узнают, что я живая, они начнут меня мучить, – испуганно подумала она. – Нужно прикинуться простой куклой! Нельзя шевелиться! Ни в коем случае нельзя шевелиться!»

До нее донесся взбудораженный голос мальчишки:

– …А потом я как огрел его дубинкой, дядя! А он рухнул прямо в лужу мордой! Ты бы видел! Хи-хи!

– Надеюсь, вы догадались его связать, – ответил, видимо, «дядя».

– Ну да, связали ему ручонки, чтобы не было, как с тем хмырем в прошлый раз.

– Говоришь, он был один? Вы убедились в этом?

Голоса приблизились. Разговор происходил уже прямо над головой Сабрины.

– Ну да.