Молчание Сабрины

Птица… просто птица…

И тут Пустое Место обратил внимание на то, сколько здесь этих птиц: на стенах висели полки, на которых в несколько ярусов были устроены сделанные из старых коробок голубиные жилища, такие же ящики свисали и из-под балок, даже огромный гардероб, расположенный в простенке между двумя большими окнами, то и дело вздрагивал, как будто там была заперта парочка птиц.

Голуби… чердак заполонили серые, как грязная вата, Саквояжные голуби – со всех сторон раздавалось нестройное курлыканье…

Фортт не любил голубей.

Они вызывали у него оторопь одним своим видом. Страх перед этими птицами у Пустого Места появился еще в детстве, когда одна из его тетушек поперхнулась жареным голубем и умерла. Дядюшка Милтон говорил, что эти несносные птицы шпионят за людьми, собирают сведения, а потом доносят… кому, он и сам не знал, но был искренне убежден, что городские голуби состоят в тайном заговоре. Глядя на этих подозрительно ошивающихся повсюду птиц, Джейкоб Фортт был склонен с ним согласиться.

Почувствовав шевеление внизу, Пустое Место опустил взгляд и похолодел: один из пернатых крался к нему с таким видом, будто что-то задумал.

Фортт всерьез задался вопросом, что за чудовищный в своем коварстве план живет в маленькой трясущейся голубиной голове, и не заметил того, что, без сомнения, должно было вызвать у него куда более важные и насущные вопросы.

На полу чернели следы, оставленные грязными башмаками, которые явно не принадлежали хозяину чердака с его здоровенными башмаками: начинались они у входной двери, вели через все жилище продавца воздушных шаров, огибая затянутую полотнищем конструкцию, и обрывались у гардероба…

Но Фортт на следы не обратил внимания – его заботил лишь пугающий интерес к нему приближающегося голубя.

– Мистер Баллуни, – сказал Манера Улыбаться, поставив ящик на загаженный птицами пол; попутно он попытался придавить и голубя, но птица, к облегчению Фортта, вспорхнула и уселась на одну из балок под крышей, – нам с другом требуется в самые короткие сроки оказаться в Фли.

Это возможно?

Хозяин чердака кивнул. Скупые и лаконичные движения мистера Баллуни не отличались экспрессивностью, в его фигуре и будто застывшем лице проглядывала легко читаемая напряженность. Фортт его понимал: он и сам был бы напряжен, заявись к нему под вечер двое тяжело груженных шутов.

Пустое Место многозначительно кашлянул.