Молчание Сабрины

К тому же лавка была открыта – кто угодно мог зайти и забрать куклу.

– Но зашли мы.

– Вот именно.

Шуты приблизились к кованому навесу с часами, под которым расположились билетная тумба и два ряда жестких неудобных скамей.

Станция «Бремроук-Фейр» встретила Фортта и Гуффина шелестом газетных страниц, папиретным дымом и обсуждениями последних новостей и сплетен второй свежести: «Вы слышали? Говорят, Зубную Фею видели на площади Неми-Дрё! Это впервые после ее таинственного исчезновения год назад! Подумать только!», «А вы читали о шагающем дирижабле, который приполз ночью в Габен? Мой приятель работает в доках – он клянется, что эта громадина вылезла из Пыльного моря…», «Ту тварь, которая завелась в канале, все еще не выловили! И куда только смотрит Дом-с-синей-крышей?.

– Твоя очередь, – приглушенно сказал Пустое Место, глянув на друга.

– И без тебя знаю, – окрысился в ответ Манера Улыбаться.

– А с мешком на плече справишься?

– Мешок мне не помеха, – процедил Гуффин.

Шуты смешались с толпой.

Кукла в мешке, услышав людские голоса, снова начала трепыхаться, но, получив очередной тычок локтем, на некоторое время затихла.

– Ну наконец-то! – воскликнула пухлая мадам в темно-синем платье и длинной шали в тон. – Я уж думала, гремлины опять пообедали рельсами…

– В прошлый раз вагоном управлял покойник, да и тот вел его явно быстрее! – добавил хмурый джентльмен в твидовом пальто, складывая газету.

– Кажется, тетушка Пэтти все же дождется меня к чаю, хотя я уж думал, что попаду, разве что, на ее похороны, – возмущенно прошамкал старик с глазами, глядящими в разные стороны. – С каждым годом Трамвайное ведомство работает все хуже и хуже…

Ажиотаж на станции был понятен: вдали показался трамвай, надвигающийся, как плохое настроение. Из труб валил дым, несколько фонарей светились, подобно глазам какого-то гигантского насекомого.

Будущие пассажиры поднялись на ноги, достали билеты.

Людное место и появление трамвая, который должен был отвезти Джейкоба Фортта домой, подействовали на него ободряюще, и недавние страхи постепенно начали казаться шуту чуть ли не надуманными. Переулок, задворки кабаре «Тутти-Бланш» и лавка кукольника словно остались во вчера. А вчера – все знают – мало кого может испугать, ведь оно было… вчера.