Попаданец ИЗ Скайрима

Их случайное знакомство и неслучайные дальнейшие встречи. Если бы он мог вернуться в прошлое и вычеркнуть тот день, сделал бы он это? Трудно сказать…

За тем знакомством и чередой свиданий последовали три года совместной жизни. Три самых счастливых года в его жизни. Счастье в неведении… Уже тогда, будь он внимательнее, не будь он столь опьянён счастьем… И что тогда? Разорвал бы отношения? Бросил бы её?

Беременность, окончившаяся… неудачно, окончательно пошатнула хрупкий баланс в её голове, и не замечать всё это стало уже невозможно.

Странные идеи, кажущиеся ей крайне важными, вернее, КРАЙНЕ важными. Железобетонная убеждённость в совершенно бредовых вещах. Однажды она в течение трёх месяцев плакала едва ли не каждый день, будучи убеждена в том, что все войны на Земле происходят по её вине.

Всё это далеко выходило за рамки обычных женских причуд, и он понял, что пора обращаться к специалистам. Вот только начало девяностых было не самым спокойным временем, столица кипела и бурлила, и найти нормального специалиста для вчерашнего студента было не просто.

Одни непонятные таблетки сменяли другие. Каждый следующий врач называл предыдущего шарлатаном и назначал радикально иное лечение. Месяц стационара, через пол года - ещё два месяца.

Ближе к двухтысячным, казалось, самочувствие жены удалось стабилизировать. Четыре-шесть недель больницы весной и столько же осенью. Зато всё остальное время она проводила дома, глотая таблетки горстями, как уж без этого?

Но, по крайней мере она была дома, и они были вместе.

Пускай очень часто это было совсем не просто, и даже тягостно. Каково это, видеть любимую женщину дезориентированной, в бреду, слезах, слезах, которые через несколько минут сменяет возбуждение и нездоровый смех?

Но даже такое счастье длилось не долго. Периоды госпитализации длились всё дольше и дольше. Врачам каждый раз с всё большим и большим трудом трудом удавалось вернуть Светку к нормальной, относительно нормальной жизни.

В результате, сейчас, десять лет спустя, она фактически жила в больнице, лишь ни считанные недели в году покидая её стены.

Как Николай горько шутил - брала отпуск, а потом снова на вахту.

* * *

А вот почти и приехал. Поворот с шоссе через трамвайные рельсы, метров двести через парк, и вот - бетонный забор покрашенный весёленькой серой краской, большей частью облупившейся, проходная с шлагбаумом и парковка для машин рядом с ней.

Оставив машину Николай Петрович прошёл через проходную и оказался на территории больницы.