История лаборатории: Зимний детектив.

Из отдела своего он ушел, а лаборатория это Еганлова не работает теперь. Вот он и ходит хмурый. Приходит, посидит, выпьет да домой пойдет. Уже который день так. Я ему уже потихоньку разбавлять начала, чтобы не спился. Мужику, конечно, хорошо напиться с горя. Мозги прочищает, да только когда каждой день пьет, пользы уже никакой. Так и в Егандал(35) недолго угодить.

 – А почему лаборатория Еганлова? 

 – А как же иначе–то?  – всплеснула руками женщина. – Один мальчонка пропал, другой сам себя в могилу гонит, да говорят и старый голова их помер.

 – Спасибо, а где живет он, не  знаете? Мне с ним самим поговорить надо.

 – Знаю, отчего ж не знать–то. Рядом тут, на улице Исправной, что под стеной Старого города. Второй дом, квартира пять на этаже третьем. Там и найдешь,  можешь не сомневаться. Там многие живут, кто в «Гусенке» вырос. Переезжать он думал, с работой новой, да не успел.

 – Спасибо за помощь.

 – Тебе, спасибо, госпожа волшебница.

 – Да, я ведь заплатить должна… – полезла Кетрин,  во внутренний карман шубки, лежавшей тут же рядом, на соседнем стуле, но хозяйка ее остановила.

 – Оставь. Ты только Селли помоги, да малыша Иви отыщи.

 – Спасибо,  но правда не стоит...

 – Стоит, стоит, тут и без тебя кошельков набитых много ходит, а студенческая жизнь  небога­тая. Тебе, спасибо. И да поможет тебе Алисирия, да брат ее хвостатый.

 Получив благословение, скорее подходящее для купца, чем сыщика,  Кетрин оделась, в очередной раз поблагодарила трактирщицу и отправилась по полученному адресу.

* * *

 Искать  транспорт не имело почти никакого смысла. Все одно наивно надеться поймать хоть кого–то ближе площади перед ратушей, а это едва ли  не половина пути до Исправной улицы. К тому же, пешая прогулка по морозному воздуху, с хрустящим под ногами снегом была лишь на пользу, хоть от звона в ушах при резких поворотах головы, да общей тугости мысли,  полностью не избавила.

 Свернув с площади Фингона, с возвышающимся посреди ушастым памятником основателю города, одетым в белоснежные снега, кои так не любят Древние, волшебница свернула  на Жабью улицу. Снег здесь с прихода нового, 1186 года, похоже, вовсе ни разу не убирали, зато под стеной Старого города был расчищен большой каток, шириной чуть ли не на всю проезжую часть.