История лаборатории: Зимний детектив.

 – Так даже лучше, что вы здесь, – вернула разговор в более продуктивное русло Кет. – Мне ведь не надо вновь представляться, раз у вас столь превосходный слух, госпожа Алиетта?

 – Можешь не трудиться, – позволила последняя,  – лучше объясни, что ты хочешь узнать?

 – Все, что могло бы помочь объяснить, куда делся господин Сивикус. Может… может он застал вас ночью вместе, и вы превратили его в послушного раба, коего держите на чердаке, посредством своих чар Древней? 

 – Чарами из здесь присутствующих балуешься только ты, деточка, но если тебе так хочется пособирать паутину на голову, то никто тебя держать не будет.

 – У тебя есть основания полагать, что Ивик жив? –  осторожно, но явно с надеждой, уточнил господин Хенекус. – Ведь было бы проще просто убить, если бы мы хотели что–то скрыть.

 – Есть основания полагать, что его нет среди мертвых, – уклончиво объяснила Кетрин. – Думаю, будет правильно, если вы расскажете мне, что происходило в последние дни. Ведь только так можно будет понять, куда он мог пропасть.

 – Конечно, – не стал спорить профессор.

 Эльфийка промолчала, а Кетрин вооружилась блокнотом и карандашом. Лупу в своей комнате ей найти не удалось, но и ее, как необходимый минимум инвентаря детектива, она собиралась в скором будущем приобрести.

 – Начать, думаю стоит... с начала. Полагаю, что вся эта история как–то связана с «Машиной», так что и начать следует с ее появления, – приготовился к неспешному рассказу господин Мергольт.

– Записями о «каменных книгах» Древних, Крав, то есть Краавтис Зеланский, увлекся еще лет пятнадцать назад. И чем дальше, тем больше. Вскоре он занялся созданием «Машины», «Машины–01», по большому счету – копии  аппарата для чтения «Каменных книг», насколько можно было воспроизвести копию по тем обрывочным манускриптам.

 Собирал он ее что–то около восьми лет, если не больше, помогать ему я начал уже тогда. Много проблем было с тем, что, как оказалось, наши головы работают немного не так, как головы Древних.

Тогда к нам присоединилась Алиетта.

 – Просто ты в собственных расчетах запутался, мой дорогой Хени, – ласковым голосом кобры, уже приготовившейся наброситься на какого–нибудь беззащитного грызуна, возразила Алиетта, – и пришел ко мне умолять разобраться в этих сложных формулах, совсем как раньше. Когда же Крав мои уши увидел, схватил меня и начал прикреплять ко мне провода.

 – Может и так, не помню уже.

 – Помнишь ты все.