История лаборатории: Зимний детектив.

Будь ты обычной девочкой, ты бы не ходила так просто к незнакомым людям, а будь ты их родственницей, пусть даже и дальней, наверняка бы назвала Гавру, тетей или еще как в том же духе, но никак не по фамилии мужа,  – услужливо пояснил консьерж.

 – Вот как... вы знаете свое дело.

 – На том и стоим, – гордо подкрутил усы отставной солдат.

 – Ну коль уж  до этого дошло... – Кетрин полезла в недра полушубка в поисках удостоверения,  – вот оно... читайте,  господин.

 – Осведомитель.

 – Да что это за отношение! – выхватив бумагу из рук консьержа, воскликнула Кет, – вы ведь сами служили.

 – Одно дело – родину от ворога защищать,  а другое в тылу сидеть да за своими же следить, – проворчал  в ответ старик.

 – Не знаю уж, о чем вы говорите, но один человек пропал, а дочка господина Зеланского может знать что–то, что сможет помочь его отыскать, так что отойдите и дайте мне пройти! Не вам решать, будет со мной Каммиликса говорить или нет.

 – Да не сердись ты так, – усмехнулся в усы консьерж, – иди, иди. Держу что ли.

 Кет, перешагнув через ногу пенсионера, быстрыми шагами направилась к лестнице, и лишь на полпути обернувшись, сердито уточнила.

 – На каком они этаже? 

 – Третий, госпожа Ренс, квартира 16.

 – Благодарю за содействие, – в ответ ввернула Кетрин.

 – Да кто ж мы такие, чтобы не содействовать управлениям–то.

 «И все же, во имя всех богов, что такого–то?! Я ведь правильное дело делаю, и даже, если я расскажу о том, что видела преступление, что в этом такого... Ну да это даже забавно,  – Кет поймала себя на том, что еще вчера ровно так же пренебрежительно отзывалась об этой бумажке, равно как и о должности милицейского осведомителя, а теперь с таким жаром ее защищала,  – и все же, интересно, откуда появилось это пренебрежительное отношение, А Рин?  В сущности, ребята в управлении неплохие люди, даже те, из Новецкого.

 Долго ждать не пришлось. На пороге стояла девушка, еще почти девочка, ниже даже самой Кет, с золотистыми кудряшками, убранными под платок, в руках  она держала тряпку. Похоже, до новогодней уборки в этом доме добрались лишь теперь. Вот только кто бы говорил, ведь сама Кетрин за нее так и не взялась.