Три запрета Таисии Полозовой

– Я совсем не чувствую в тебе магию Нави, – задумчиво проговорила Арина, протягивая руку так, чтобы не отвлекать водителя.

– Я уже полвека ею не пользовался. С самой войны, – не без гордости отозвался Велибор, обгоняя тяжело груженную фуру.

Нарушать скоростной режим, выжимая максимум из мощного движка и обманывая радары при помощи морока, он уже не решался. Да это и не имело смысла. Метель накрыла их белым погребальным покровом, завывая на все голоса в жутковатой отходной. Таисия знала, что старому Алтану, как и другим пленникам зеркала, не суждено попасть не только на небеса, но и в светлые чертоги предков.

А потом она вспоминала Елену и детские обиды, которые та напоследок выплеснула в лицо учителю. Падчерица выросла, но, похоже, так и не повзрослела, по привычке избалованного ребенка, перекладывая ответственность на тех, кому причиняла зло.

Но кому же теперь достанется бубен Аяны? И какой следующий ход сделает Константин Щаславович?

Когда они, свернув с разбитого полутемного шоссе на асфальтированную дорогу, ведущую к коттеджному поселку, подъехали к дому, в неверном свете фар казавшемуся сказочным теремом, уже давно стемнело.

Хранитель жилища Велибора под стать хозяину выглядел диковато, и когда говорил, то и дело сбивался на древнерусский, а то и вообще, кажется, какой-то санскрит. А сам дом, недавно отстроенный и оборудованный вроде бы с максимальным комфортом, напоминал большую мастерскую.

Впрочем, в отведенной им с Ариной чистенькой, прибранной спальне нашлось все необходимое, и Таисия, приняв вслед за дочерью душ и позвонив маме, что они благополучно добрались, легла, прислушиваясь к ровному дыханию Арины. Хотя дорога ее тоже утомила, однако сон к ней не шел, а, забывшись перед рассветом, она проснулась от жуткого кошмара.

Незнакомые люди самого бандитского вида держали Арину, а она стояла рядом, вынужденная выбирать между мужем и дочерью. Алтан сказал правду. Выбор есть всегда, но как определить, какой из них правильный?

Поскольку заснуть ей уже не удалось, Таисия, чтобы не мешать Арине, спустилась в кухню, заметив, что в там и в прилегающей к дому кузне горит огонь. Велибор тоже не спал, сидел за верстаком, паял зернь на изящную привеску в виде изготовившейся к прыжку рыси.