Три запрета Таисии Полозовой

Вокруг точно пожар бушевал, хотя пламя не задевало ни мебели, ни штор. По комнате, сияя ярче вольфрамовой спирали, плясали золотые кольца, плавили ледяную сеть, изгоняли прочь всю скверну. Простертая на ковре, прикрыв собой дочь, Таисия боялась поднять голову. Но все же разглядела, что среди пламенных зарниц свой смертельно опасный боевой танец вершит необыкновенной красоты гигантская змея с отливающей золотом чешуей, гибким мускулистым телом и слишком знакомой повадкой. Когда в момент стремительного броска над ними с Ариной пронеслась аккуратной формы плоская голова с полной острых зубов пастью, она узнала синие сапфировые, такие родные глаза.

Зеркало, вернее, запертая в нем темная сущность, сопротивлялось, пыталось дотянуться, плетя тенета тьмы. Когда черные щупальца промелькнули в паре сантиметров от головы Полоза, Таисия едва сдержала крик. И все же, натыкаясь на золотой стремительно крутящийся поток, тьма отступало, скукоживалось и, в конце концов, превратилось в маленькое карманное зеркальце в черное раме, а после и вовсе исчезло.

– Все в порядке, Таюшка, все уже позади, – приговаривал вернувший человеческий облик Полозов, отпаивая жену после всего случившегося то ли коньяком, то ли чем-то не менее крепким, но наделенным магическими свойствами.

Вкуса напитка Таисия не чувствовала, только ощущала тепло согревающих объятий мужа.

В это время Домна, которая явилась еще до того, как брат поднял телефонную трубку, баюкала на руках, мгновенно заснувшую Арину.

Елена тоже спала в своей комнате под охраной пришедшего в себя домового. Бедняга рассказал, как девочки пришли домой и вроде бы сели на ковре плести из бисера браслеты. Когда же он почуял неладное, то было слишком поздно. Последнее, что он успел, позвать на помощь хозяина и Домну.

– Ты меня простишь? – спросила у мужа Таисия.

– За что? – не понял тот, покрывая ее лицо поцелуями, оказавшимися куда более живительными, нежели все эликсиры и напитки.

– Я должна была предупредить воспитательниц, чтобы не отпускали Арину с сестрой.

– Всего не предусмотришь, – вздохнул Полозов.

Уложив Арину в постель и убедившись, что с девочкой все нормально, а Елена до утра не проснется, они втроем отправились на кухню пить чай.