Три запрета Таисии Полозовой

Я все умею: и шить, и стирать, и готовить, нас в интернате всему научили.

– Спасибо, Леночка, – не без труда вымолвила слегка опешившая Таисия. – Когда нужна будет помощь, я обязательно обращусь, а пока располагайся и отдыхай, набирайся сил перед новым учебным годом. Пойдем, я покажу тебе твою комнату.

Почти сразу после отъезда мужа, Таисия попросила домового перенести детскую кроватку в их спальню. Домна тоже согласилась, что Леночку с Ариной на ночь одних оставлять пока не стоит. Конечно, серебро, которое чувствовала и притягивала к себе Арина, обладало способностью отгонять любую скверну и навь, но для малышки такое соседство могло оказаться слишком утомительным.

Даже сейчас, немного пообщавшись с Леночкой, Арина закапризничала и запросилась на руки к отцу. Таисия по совету Домны дала ей серебряную ложку и отправила знакомить нового Кота в сапогах с куклой Женей и другими игрушками. Тем более что кукольные чаепития они с домовым нередко устраивали в гостиной у настоящего самовара на вышитой скатерти.

– Ну вот. Елена только переступила порог нашего дома, а уже выселила Арину из ее комнаты, – тихо заметил Полозов, наблюдая, как его падчерица деловито распаковывает чемодан и аккуратно раскладывает по полкам свои вещи.

В этом Леночка не лукавила. К порядку в интернате ее приучили. Вообще, она освоилась невероятно быстро, почти сразу вспомнила расположение комнат и вела себя не как гостья, а как полноправная хозяйка, хотя пока спрашивала разрешения, чтобы включить утюг и погладить блузку или поставить любимую пластинку после Арининой сказки.

– Леночке, когда она пойдет в сентябре в школу, надо будет делать уроки, – попыталась объяснить мужу свое решение Таисия, а Арине все равно пока удобнее играть в гостиной, где более просторно. Званых обедов мы же не даем, а с Домной и Дусей сидим на кухне.

– Просто ты боишься за Арину, – желчно проговорил Полозов. – И правильно делаешь.

Таисия хотела что-то возразить, но муж осторожно приложил палец к ее губам и заключил в объятья.

– Ты на меня не сердишься? – млея от жарких поцелуев, но при этом понимая, что теперь им все время придется жить с оглядкой, спросила Таисия.

– Ты ни в чем не виновата, – щекоча ее бородой, отозвался Полозов.